Голова была на месте, однако потеки крови на теле, кресле и на полу подсказывали: Джонс вряд ли в полном порядке. Кто-то отрезал ему член вместе с яичками, оставив в паху зияющую рану. Недостающих частей тела не наблюдалось.
Едва стало известно, что главный подозреваемый мертв — предположительно, стал жертвой настоящего убийцы, — у дома начали собираться новые полицейские машины.
Хилл осмотрел тело Ларри Джонса. Голова не отрезана, но убийца сделал весьма недвусмысленное заявление, хотя и не столь заметное, как в случае Синди Кэньон.
Глаза закрывала повязка.
Хилл не рискнул прикоснуться к ней, но, лавируя между пятнами засохшей крови на полу, подобрался ближе и наклонился к лицу Джонса. Щель между повязкой и глазницами подтвердила его догадку. Убийца выколол жертве глаза, прежде чем завязать повязку.
Какая-то бессмыслица. Зачем сначала выкалывать глаза, а потом закрывать пустые глазницы тряпкой?
Хилл вытащил из кармана «Блэкберри» и сделал заметку, потом несколько раз щелкнул сцену преступления. Ясно одно: убийце требовалась не просто смерть Ларри Джонса. Он хотел оставить послание. Омерзительное, безумное, но все равно послание.
Хилл вышел из дома и встал на тротуаре: синяя с золотом ветровка ФБР гарантировала ему отсутствие компании. Люди медленно выползали из домов: мутные взгляды, рваные халаты или шорты с футболками. Местная полиция стояла поодаль, охраняя периметр дома. Пара полицейских уже начала опрашивать соседей. Теперь двери закрывались. В таких районах на полицию смотрели с подозрением и недоверием, никто не хотел, чтобы его увидели беседующим с копом.
Есть, подумал Хилл, очевидное объяснение случившегося с Джонсом. Один из самых сильных мотивов — месть. Ларри Джонс угрожал Рейвен в клубе. Теперь он мертв. Не просто мертв, а изуродован. Отрезанные гениталии выхолостили его, сделав кастратом.
Однако по-прежнему остаются глаза. Зачем их выкалывать? Связано ли это со зрением как действием? Феминистическая теория говорила об объективизации женщин, о мужском взгляде, превращающем женщину из человека в объект желания. Может, дело в этом?
Глаза и гениталии толкали Хилла к одному предположению. Преступник — женщина.
Но как это согласуется с убийством Синди Кэньон? Есть ли какая-то связь между ней и Ларри Джонсом? Оба тела изуродованы после смерти, причем сильно. Но очень по-разному.
Если на время предположить, что связь есть, то ясно одно. Убийца в бешенстве. Возможно, оно хорошо скрыто, глубоко утоплено, но это сильное и подавляющее чувство. Преступник действовал в ярости. Возможно, он уже убивал. Возможно, нет. Но одно можно сказать наверняка.
Если этого человека не поймают, трупов будет больше.
Когда Лок вошел в кухню, Кевин горбился над миской хлопьев, все еще расстроенный последствиями вчерашнего незапланированного визита Венди. Мать Венди не оценила маневр дочери, особенно когда увидела у дома полицию. Лок стал посредником в соглашении между Рейвен и матерью Венди, согласно которому молодым людям следовало на пару недель отдохнуть друг от друга. Ни Венди, ни Кевин не были в восторге от такой перспективы, девушку практически затащили в машину ее матери. Локу и Таю пришлось вдвоем удерживать Кевина. В конце концов, юноша отступил и пошел спать в расстроенных чувствах. Даже Супермен не мог помочь в такой ситуации.
Лок прихватил немного воды из дозатора холодильника. Рейвен, в спортивном костюме и с заколотыми волосами, протирала столы.
— У вас есть минутка? — спросил ее Лок.
— Конечно.
Рейвен вышла из кухни следом за Локом, подальше от ушей Кевина.
— Мне звонили по поводу парня из Аризоны, который полез к вам в клубе.
— Они его поймали?
Свет утреннего солнца лился сквозь французские окна. Температура упала на пару градусов: Санта-Ана утихла, хотя бы на время. Именно такие дни, как сегодняшний, в середине семидесятых привлекли в Калифорнию толпы людей.
Лок глубоко вздохнул. Сообщать плохие новости — все равно что срывать пластырь: чем быстрее, тем лучше.
— Сегодня утром его нашли мертвым. Дома, в Темпе.
Плечи Рейвен поникли.
— А вчерашний парень?
— Полиция считает, что парень из Аризоны мертв уже несколько дней, может, даже с того вечера, когда вы выступали в клубе. Возможно, вчерашний — это тот, который бросился на вас на парковке. Вы ведь говорили, они выглядели по-разному?
— Кажется, да… Мужик на парковке казался повыше. Но там было темно, и все произошло слишком быстро.
Рейвен вздохнула:
— Значим, мы опять вернулись к началу?
Лок с минуту размышлял над ее вопросом:
— Ставки выросли, теперь полиция привлечет заметно больше сил, и это плюс. Но нам все равно нужно быть настороже. Чем больше ваш преследователь боится поимки, тем он опаснее.
Рейвен посмотрела на свои часы «Картье»:
— И что это для нас значит?
— Если он пойдет напролом, мы будем его ждать. А до тех пор постарайтесь вести обычную жизнь.
Молодая женщина напряженно улыбнулась:
— На позднее утро у меня запланирована встреча в продюсерской компании, с которой я раньше работала. И кое-что вне города на вечер. Но учитывая обстоятельства, это идея не из лучших.
