Он засиделся допоздна. Не столько работал, сколько смотрел на чистый лист бумаги, на котором должны были появиться слова его будущей речи. Писать тексты выступлений он помощникам не то, что не доверял – считал, что те должны быть «своими», идти от души, а иначе кто же в них поверит.
На этот раз поведать свои замыслы невинной белизне никак не удавалось. В голове – пустота, на сердце – тяжесть, на губах ее имя.
Таши…. Натальей он ее никогда не называл.
Появление сына в кабинете не ощутил – у того были хорошие учителя, да и талантом природа не обделила, дав все, чтобы стать лучшим и среди лучших. Отослал дежурившего верного, замер напротив стола, практически полностью скрытый сбившимися к стенам сумраком искажающих полей.
Сколько Рокос стоял так, Индарс не знал, просто в какой-то момент поднял взгляд, встретившись с укоризненным его. Так они и смотрели друг на друга, пока он - император стархов, не сдался, резко поднявшись с кресла.
Тишины сын не нарушил и пока сопровождал до спальни.
Услышал Индарс голос сына, уже засыпая – для этого оказалось достаточно лишь лечь. Тихий шепот: «Пусть в снах твоих будет покой и сбываются мечты».
Слова, которые когда-то, очень давно, произносил отец, не забывая зайти в комнату, даже когда был очень занят.
Слова, которые он произносил своим детям. Всем, но не ему….
Пожелания Рокоса сбылись: она пришла этой ночью и оставалась с ним до утра. Сидела у окна, смотрела на подсвеченный крошечными светильниками парк, грустно вздыхала, иногда вытирая одинокую слезу…. Его наваждение - Таши….
- Он – мужчина, - не скрывая гордости произнесла Мики. Потянулась, на миг замерев струной под тонким одеялом. Заметив, как сбилось дыхание, когда его взгляд тронул обнажившуюся грудь, улыбнулась. – Ты ведь не торопишься?
- Тороплюсь, - хрипло отозвался Индарс, с иронией признаваясь самому себе, что этот бой между мечтой и реальностью, вновь выиграла реальность, - но не настолько, чтобы покинуть тебя немедленно.
Час спустя, выходя из дома доше, Индарс поднял взгляд на окно спальни, у которого, накинув на плечи тонкую шаль, стояла Микари. Провожая….
Не в первый раз, но почему-то именно в этот прощание было особо тягостным. Словно… навсегда.
- Отец…. - Рокос вышел следом. Индарс никогда не приходил в этот дом в его отсутствие, оберегая репутацию Мики. Мало ли с кем и какие дела могут быть у торговца, которым считали его сына. – Мама тебе сказала….
