Мысли переместились к Евгении. Судя по недомолвкам, именно она убила супруга. Не своими руками, стала организатором покушения, но не суть важно.
Герцог намекал на принуждение короля к браку. Помнится, тот женился по любви, обожал супругу, а она не платила взаимностью. Тот же Геральт получал больше, чем муж, который вознес ее на вершину социальной лестницы. И как — пошел на конфликт с Советом!
Идем дальше.
Меня хотели пригласить в королевскую ложу. Случайно ли? Вряд ли, следующий удар отравленным кинжалом нанесли бы мне. Зачем? Мешала. Как целитель, полагаю. Врачевание — тонкая наука, а я без ложной скромности могла поспорить со смертью, то есть спасти монарха. Евгения, само собой, такой результат не устраивал.
Но в безопасности ли я теперь?
Перевела напряженный взгляд на герцога. Раз он мечтает примерить корону, я ему тоже не нужна. Видимо, Твейн придерживался того же времени, раз издал короткий смешок: «Все мы в одной лодке».
— Успокойтесь, леди, — Родриго положил ладонь на плечо, с испугу она показалась непомерно тяжелой, — вам ничего не грозит, лечите спокойно. Но если вопрос стоит о его и вашей жизни… Повторяю, трон пустовать не станет.
— А как же ее величество? — руки дрожали, никак не могла сосредоточиться.
— Неужели вы полагаете, будто после этого, — герцог указал на короля, — у Веоса останется королева? Нужно подумать, на ком женить Оллоса.
Однако! Но прислушается ли король? Впрочем, это не мое дело. Лечи и не вмешивайся в игры, радуйся благодушию Родриго.
Вдох, выдох.
Только я и король.
Когда дыхание и сердцебиение восстановится, моя работа закончится.
Чужое присутствие ощутила всей кожей. Злобный взгляд обжег холодом. Резко подняла голову и закричала: в двух шагах от меня, прямо в воздухе, парило горящее нечто. Выглядело оно пугающе: огромные клыки, бельма глаз, рога. Демон!
Герцог тоже его видел и занял боевую стойку, однако никаких действий пока не предпринимал, выжидал.
— А вот и старый знакомый! — лениво протянул Твейн.
Казалось, некромант получал удовольствие от маленького спектакля. Он ничуть не боялся, когда как я дышать перестала.
Как назло, напала икота. И не сдержать же!
— Нужна помощь? — прошипел демон и сделал круг по ложе.
Родриго двигался вслед за ним, не выпуская из виду. Обоюдоострый посох чуть вибрировал в пальцах от переполнявшей его энергии. Набалдашник раскалился, клинок поблескивал смертельной красотой.
— Спасибо, обойдусь. Родриго ведь не убьет меня? — мурлыкнул Твейн и с вызовом глянул на герцога.
Он промолчал и, судя по напряженным мышцам, приготовился дать бой. Про меня, разумеется, забыл. И ведь спрятаться-то некуда. Кресла — слабая защита, а в пылу схватки никто не обратит внимания на беспомощную наиви.
Стараясь не делать резких движений, нащупала пирамидку связи.
Я успею, должна успеть. Пусть Соланж останется в театре, он тут нужней, не стану беспокоить. Эллан достаточно окреп, чтобы открыть один маленький портал. Ринется помогать, пригрожу отменить помолвку.
Себялюбиво? Да, но очень жить хочется.
— С чего ты взял? — лицевые мышцы Родриго расслабились, по губам гуляла легкая улыбка. Я уже видела такую у Соланжа и знала, за ней следует наказание — быстрое, безжалостное и неукротимое. — Что мне мешает убить? С превеликим удовольствием. Заодно отомщу Соланжу Альдейну за допрос, пусть помучается с мертвым телом. Ты и так для всех умер, ничего не изменится.
От веселого настроя Твейна ничего не осталось. Он напрягся и бросил взгляд на демона. Тот с интересом прислушивался к разговору, расправив алые крылья.
— Значит, помощь таки нужна, — констатировал обитатель иного мира и приоткрыл еще одну чужую тайну: — Условия те же: либо находишь души, либо отдаешь свою.
Так вот чем занимался отец Евгении, вот кто хозяйничал в замке и, возможно, указал демону на Талию и Филиппа как потенциальных одержимых. Не сомневаюсь, граф — кажется, некромант при жизни носил именно такой титул — бывал в школах для магически одаренных детей и уж точно знал о пристрастиях и пороках отпрысков высоких родов. Если так, многое становится на свои места. И холодная, жесткая улыбка на губах Родриго тоже: он тоже догадался. Пусть Филипп в опале, семейная честь — не пустой звук.
— Ее возьми! — некромант указал на меня.
Огненный ореол демона мигнул, и страшная тварь взмахнула крыльями.
Э, нет! По какому праву Твейн распоряжается моей душой?
От возмущения позабыла о страхе.
— Послушайте, это уже слишком! — крикнула во всю мощь легких и вскочила на ноги. — Решайте свои проблемы сами, а других не впутывайте. Хоть поубивайте друг друга, спасать не стану.
Тут бы гордо развернуться и уйти, но поворачиваться спиной к демону страшно.
Пламенная речь осталась без ответа. Подумаешь, мышь пискнула!
Мужчины играли в гляделки, демон плотоядно облизывал клыки. Только не говорите, что он еще и пообедает!
Попятилась к выходу из ложи. Демон не отпустит, но не стану покорно ждать, как тупая овца. Пусть для клыкастого удар подносом что комариный укус, он его получит. Прижму крылья дверью, укушу — да мало ли! Словом, дорого продам душу.
