На крутом вираже полностью

Джейк Лонерган не привык, чтобы вокруг находилось так много людей. Пятнадцать лет он был одиночкой, переезжая с одного места на другое и участвуя в разных мотогонках. Решив до предела упростить свою жизнь, он не заводил друзей и не общался с семьей.

Вероятно, так продолжалось бы и дальше, если бы Джейк не получил сообщение о том, что его дед, Джереми Лонерган, умирает. У старика, которого Джейк обожал, была лишь одна просьба: чтобы три его внука приехали домой на это лето вместе.

Джейк находился в Испании, когда получил эту весть, поэтому он довольно долго добирался до Калифорнии, в родной город Коулвилл. Его страшила мысль, что деда уже нет в живых, а он не успел попрощаться с ним.

Однако оказалось, что Джереми и не умирал вовсе. Старик просто схитрил — обманом заставил Джейка и его двоюродных братьев, Сэма и Купера, приехать домой на ранчо, где все они не были пятнадцать лет.

Последний раз протерев свой черный хромированный мотоцикл, сделанный по специальному заказу, Джейк потянулся, снимая напряжение со спины. Из ворот гаража он бросил взгляд на ранчо. Все окна были освещены, в вечерней тишине до него донеслись звуки тихой беседы и смеха.

Джейк долго и пристально смотрел на дом, чувствуя себя здесь, как всегда, совершенно чужим. Конечно, это его вина, подумал он, но тут же решительно поправил себя.

— Не вина, — пробормотал он, не глядя больше на дом, где его семья собралась без него. — Это — выбор.

Итак, он вернулся туда, где дал себе слово провести остаток лета. То, что он вышел в гараж, нельзя было считать побегом. Просто ему необходимо время. Покой. Место, чтобы подумать над тем, что делать дальше.

Оставив в доме семью, которую только что обрел заново, Джейк направился в гараж, чтобы заняться своим мотоциклом. Возня с двигателем и другая мелкая работа с техникой всегда успокаивала его. Он мог настолько погрузиться в это занятие, что остальной мир переставал существовать для него.

Джейк положил гаечный ключ в ящик для инструментов, потом спрятал ящик в специальный металлический отсек мотоцикла. Слава богу, дед здоров. Было так же чертовски приятно снова увидеть Сэма и Купера. Однако возвращение в Коулвилл Джейк переживал намного тяжелее, чем мог себе представить.

А полчаса назад, когда Джереми сообщил им нечто важное, ему стало совсем не по себе. От слов, тихо произнесенных дедом, кровь застучала у Джейка в висках. Его охватило хорошо знакомое чувство раздражения. И раскаяния.

Взгляд скользнул по тускло освещенному гаражу, задержался в последний раз на мотоцикле, и Джейк сделал шаг. Ему надо идти. Он не мог бездействовать, когда его мозг лихорадочно работал. Воспоминания стремительно пронеслись в памяти, затрудняя дыхание.

Тряхнув головой, Джейк вышел из гаража, повернул направо и двинулся вперед. Дойдя до середины двора, он неожиданно остановился, словно не зная, куда идти дальше. Лунный свет освещал двор и земельные угодья, простиравшиеся по обеим сторонам старого дома.

Мысленно Джейк снова и снова возвращался к той неожиданной новости, которую им преподнес Джереми.

Донна Баррет вернулась в город и привезла с собой сына Мака.

Джейк сдвинулся с места и направился к редкой изгороди, окружающей двор. Подойдя к изгороди вплотную, он обеими руками ухватился за нее, как будто хотел удержать равновесие.

— Сын Мака, — прошептал он прерывающимся голосом, подняв голову и устремив взгляд к далеким звездам.

Вокруг лежала вспаханная под пар земля, поля, пустующие в это время года. В миле отсюда или чуть дальше светились желтые квадраты окон ближайшего соседа Лонерганов. Где-то вдалеке лаяла собака.

Джейк глубоко вздохнул, втягивая в легкие прохладный ночной воздух, и вновь посмотрел на знакомое ранчо Лонерганов. Джейку был знаком каждый дюйм этих мест. На этом ранчо, будучи ребенком, он проводил каждое лето, развлекаясь со своими двоюродными братьями. Четверо мальчишек, ищущих приключений. Так было, пока не наступило то последнее лето.

Пятнадцать лет его не было в Коулвилле. Пятнадцать лет он старательно избегал этих мест, своих двоюродных братьев и любимого деда. Избегал, потому что не мог справиться с воспоминаниями о том лете. Теперь, когда оказалось, что прошлое скрывало больше, чем он думал, разобраться во всем этом было очень трудно.

Хотел он того или нет, но тонкий ручеек воспоминаний превратился в широкий поток, который заполнил его мозг и захватил чувства. Джейк вглядывался в окружавшую его темноту, а вместо нее видел события пятнадцатилетней давности.

… Дни стояли длинные, солнце сверкало в раскаленном небе. Лето тянулось целую вечность, и беспокоиться было не о чем, кроме того, кто выиграет ежедневные соревнования на озере.

Джейк выигрывал всегда. Он любил побеждать. К этому у него были способности.