На крыльях любви полностью

Логан погрузил пальцы в густую копну волос Ди и притянул девушку к себе. Медово-светлые локоны сладострастной волной упали ему на лицо и грудь. Шелковистые волосы нежно коснулись его кожи и обдали манящим ароматом. Он глубоко вдохнул, понимая, что этот запах навсегда останется в его памяти.

В его объятиях было само воплощение женщины — сильной, но податливой и сексуальной. Он никогда не встречал более страстной, чуткой и желанной. Его охватила дрожь, когда она своими восхитительными формами прильнула к его мускулистому телу.

Логан провел руками по ее обнаженным плечам и прижался ртом к затрепетавшим губам. Наслаждаясь этим поцелуем, он скользнул руками вниз, на талию и бедра. Лаская Ди, он окунулся в совершенно новое для него царство чувственности и понял, что поцелуй может возбудить более глубокое желание, чем просто физическое влечение.

Она нежно покусывала его язык, и Логан еще крепче обвил ее руками и прижал к себе.

— Я люблю тебя, — пробормотал он хриплым возбужденным голосом.

За свои тридцать пять лет ни одной женщине он не говорил таких слов, но сейчас они звучали искренне и убежденно. Он на самом деле любил ее. Влюбился сразу и навсегда.

— Я люблю тебя больше, — отозвалась она.

От приглушенного голоса Ди сильное тело Логана содрогнулось, и мышцы окаменели от напряжения. Кровь тяжело пульсировала в венах. Теперь уже его рот поглотил ее губы. Их языки коснулись и задвигались в едином ритме, изгибаясь и переплетаясь в порыве наслаждения.

Переводя дыхание, Логан бережно приподнял Ди и спрятал лицо между ее нежными мягкими грудями. Потом провел губами по груди, взял в рот набухший сосок и стал с жадностью сосать его. Он не успокоился, пока не проделал то же самое с другим. Ди тихо и чувственно постанывала, и его тело дрожало от возбуждения.

Желание казалось ненасытным. Он опасался, что его неутомимые ласки испугают ее, но она вовсе не выражала недовольства. Она со всей страстью отвечала на его чувства.

Прикосновение нежных рук сводило Логана с ума. Каждая частица его тела звенела от страшного напряжения. Он страстно хотел проникнуть в ее нежное лоно. Ничто другое не могло бы утолить это страстное желание. Только полное обладаниеудовлетворило бы первобытную потребность раствориться в ней.

Он начал искать самую сокровенную часть ее тела, чтобы слиться с ней, и ничего не находил. Почему же? Почему же поиски были бесплодными? Ее тело перестало отвечать на его ласки, и вдруг эта сладостная пытка прервалась пронзительным звонком.

— Не-е-ет! — вырвался из его груди страдальческий вопль. — Нет! Проклятие! Нет!

Голос Логана звучал хрипло от злости и отчаяния, когда будильник разрушил приятный сон и вернул его к действительности. Он хлопнул ладонью по часам, чтобы прекратить этот дребезжащий звук, и, вздрогнув, застонал.

Еще одно эротическое сновидение, лишавшее его душевного равновесия. Напряженное тело Логана болезненно ныло. Обливаясь потом, он беспокойно перевернулся и снова мучительно застонал.

Повторяющиеся сны лишали его рассудка. Прошло уже много месяцев с того момента, как он в последний раз держал Ди в объятиях. Потом она ясно дала понять, что порывает с ним, но жестокие сновидения все еще преследовали его и заставляли страдать от неутоленного желания.

Прошлой ночью Логан попытался забыться в объятиях другой женщины. Успеха он не добился, и сегодняшний сон был наказанием за бесполезную попытку изгнать Ди из своей памяти. Он не желал больше никого. Ни одна женщина не возбуждала его так, как Ди. Сны стали единственной ниточкой, связывающей его с любимой женщиной, но и они постепенно отдаляли ее.

Он встал с кровати, прошел в ванную и принял зверски холодный душ. Но ледяная вода не охладила его пыл. Злость на самого себя никогда, казалось, не пройдет.

Ди призналась ему в любви, и он готов был разделить ее чувство и ответственность. Затем он узнал, что она — профессиональный пилот и собирается целиком посвятить себя карьере летчика. Ее преданность семейному бизнесу поколебала уверенность Логана. Он испугался и теперь расплачивается за это.

Гордость — плохой советчик, и он поступил совершенно необдуманно. Он повел себя как полный идиот и потребовал, чтобы она выбрала между ним и полетами. Из-за собственной дурости он разбил и без того хрупкие отношения. Она никогда не простит его.

Он жил в муке, думая о том, не подарила ли она свои нежность и страсть другому мужчине из-за его жестокого поступка. Прошли месяцы, как он в последний раз видел Ди и говорил с ней. Они казались ему годами, целой вечностью.

Логан побрился, надел грубые ботинки, джинсы и хлопчатобумажную рубаху. Едва рассвело, но он вышел из дома и направился к конюшням. Не прошло и часа после кошмарного пробуждения, как Логан верхом на Бруте, своем крупном жеребце, скакал галопом через поля к строительной площадке. Бруту нравилась быстрая езда, и он резво мчался по кентуккской траве, давая выход накопленной энергии.