Но если я не могу писать Артуру, то кому-то уж точно могу. Практически без моего участия рука сама вывела адрес Френка Грешема. Я рассказала про похороны тети Адабель, про то, как Дэн поранился, про ночные кошмары Джеймса. Я спросила, что делать со скотом, полями и садом в преддверии зимы. Я заверила его, что дети здоровы. Наконец я положила письмо в конверт. Но до завтра оно не окажется на почте. Пока оно пересечет океан, пройдет несколько недель. А что, если Артур приедет ко мне до того, как Френк ответит?
Я представляла одну ситуацию за другой, но, что бы ни случилось, как бы ни развернулись события, я твердо знала, что не смогу покинуть детей, не убедившись, что их отец на расстоянии руки от ребят.
Через два дня после того, как почтальон забрал мое письмо к Френку, я развернулась на кухне с мукой и пекарским порошком, замешивая тесто для выпечки. Сложить, размять, сложить, размять. И так снова и снова.
Все свое раздражение я вкладывала в тесто, и оно становилось все эластичнее.
Вдруг в кухонную дверь кто-то постучал. У меня душа ушла в пятки, и я еле перевела дух. Сотни раз мама месила тесто, несмотря на то что мы врывались в кухню и отвлекали ее от этого занятия.
Крепко сбитая женщина открыла дверь и улыбнулась, приподняв клетчатую ткань, прикрывавшую корзину, чтобы показать ее содержимое.
— Я подумала, вдруг вы захотите конфет?
Я вытерла руки о фартук, прежде чем принять предложение незнакомки.
— Большое вам спасибо.
— Я Ирен Лэтхэм. Думаю, вы знакомы с моим мужем.
— Да, мэм. Он говорил, что вы помогаете навещать больных.
Я отступила назад, стараясь к ней не приближаться.
Женщина пожала плечами.
— Я делаю, что могу. Для многих этого оказалось недостаточно. Некоторые умерли слишком быстро, как твоя тетя. — Ее глаза увлажнились. — Я скучаю по Адабель. Она была хорошим другом. Но меня утешает, что мы с ней встретимся снова. — Ее взгляд обратился к небесам.
Похоже, она вполне искренне выражает дружбу, это не показательная демонстрация жалости.
Женщина мне сразу понравилась, и в ту же секунду я пожалела, что у меня было так мало времени узнать тетю Ада-бель. Я уверена, мы стали бы с ней друзьями, не только родственниками.
— Пожалуйста, присаживайтесь. — Я вынула из корзины пирог с золотистой корочкой, прежде чем поставить кофейник на огонь.
— А где дети? — Миссис Лэтхэм огляделась вокруг.
— Олли в сарае, показывает детям чайную церемонию. Дженни спит. — Я виновато улыбнулась. — Мне нужно было немного тишины и покоя.
— Ну конечно! — Ее смех разнесся по кухне, она похлопала меня по руке. — Такая молодая особа, как ты, не привыкла возиться с кучей детей, цепляющихся за юбку целыми днями. — Ее глаза озорно поблескивали, полные губы улыбались. — Хотя в твоем возрасте у меня было уже двое своих. Но, по крайней мере, ты не скучаешь. Я слышала, шериф был очень внимателен.
Я залилась румянцем и отвернулась, чтобы налить кофе. Как и в Даунингтоне, здесь все знали друг про друга всё. Но знали ли они, что я хочу уехать отсюда?
Я поставила на стол чашки с кофе, решив проигнорировать ее замечание.
— Когда я приехала ухаживать за тетей Адабель, я не знала, что у нее на попечении четверо детей. У меня до этого не было опыта общения с детьми. Кажется, каждый день, пока я здесь, у нас что-то случается. — Я тяжело опустилась на лавку возле стола.
— Расскажи мне, что произошло. — Миссис Лэтхэм поднесла чашку к губам, в глазах — искреннее беспокойство.
Поэтому я рассказала ей о том, как Дэн разбил голову, о приходе мистера Кулпепера в то время, когда я переодевалась на крыльце, и даже о том, как ее муж застал меня врасплох и лицезрел в ночной сорочке.
Когда я закончила свое повествование, миссис Лэтхэм два раза моргнула, губы ее искривились, и… она расхохоталась, откинув голову назад!
Я уставилась в свою чашку, не уверенная поначалу, как должна отреагировать. Но уже через мгновение я обнаружила, что смеюсь вместе с ней. Ох, как же это было приятно! Не просто смеяться, а смеяться с кем-то! Артур умел насмешить меня, и мне этого недоставало.
— С этими мальчиками непросто. — Миссис Лэтхэм вытерла слезы и покачала головой. — Но, по крайней мере, Олли Элизабет помогает. Я говорила твоей тете, что у нее поистине ангельское терпение.
Я была не вполне согласна с ней в характеристике Олли, но решила это не обсуждать. Мне хотелось как можно больше узнать об этих детях и об этой семье.
— Вы можете мне рассказать немного об их матери?
Лицо миссис Лэтхэм стало серьезным. Она отхлебнула кофе, глаза прожигали дыры в кухонном столе.
— Простите, я не должна была…
Миссис Лэтхэм потянулась и взяла меня за руку.
— Нет, должна. Это время испытаний. Для всех. Так много потерь, столько горя! — Она сжала мою руку и отпустила ее, придвинув ко мне свою пустую чашку.
— Еще кофе?
— Да, пожалуйста.
Благодарная за возможность отвлечься, я не торопилась. К тому времени как я обернулась с полной чашкой, миссис Лэтхэм уже была готова рассказывать дальше.
