Только на рассвете перестал идти снег. Всё было закутано в пушистую, белую пелену. Солнце старалось пробить толщу низких серых туч, и они кое-где уступали, бледнели и открывали маленькие оконца голубого неба, в которые мгновенно устремлялись яркие солнечные лучи Тогда на снег было больно смотреть, так ослепительно сверкал он.
Возле столовой Аксинья Ивановна встретила Варю Савченко. Они познакомились уже накануне. Аксинья Ивановна поздоровалась за руку, внимательно разглядывая Варю. Заметила, что та хромает.
— Ушибла ногу, что ли?
— На пожаре обожгла…
— А-а… слыхала.
На крыльце столовой лежал снег. Его притоптали ногами. Было скользко. Аксинья Ивановна поджала губы, смолчала. В столовой у порога было мокро и грязно от нанесенного снега.
За одним из столиков сидели несколько рабочих. Аксинья Ивановна подошла к ним, поздоровалась и строго спросила молодого парня в ушанке:
— Ты поел уже?
— Поел, — от неожиданности вскочив с места, ответил тот.
— А чего сидишь в шапке? Работы нету?
— Сейчас завтрак, — в замешательстве пробурчал парень, стащив с головы шапку. Остальные тоже сняли.
— А ты голову сегодня не разбил?
— Не-ет… — опешил парень.
Варя, удерживая смех, низко нагнула голову. Подошли девушка-официантка и повариха.
— Ну, остерегайся, а то разобьешь. Надевай-ка свою шапку, дружок, и вон там, видишь, веничек в углу, а если поискать — и лопата найдется. Возьми да пойди крылечко пообчисть хорошенько. Оно, гляди, и голова целая останется. Да быстренько! Небось, не старик, вроде меня.
Оторопелый парень подхватился и через минуту па крыльце застучала лопата.
— У вас лопаты при кухне есть? — спросила Аксинья Ивановна повариху.
Девушка сбегала, принесла.
— Вот. Как раз на троих. Ну-ка, молодые люди, немного физкультурой займитесь. Перед крыльцом площадку очистить надо, да как следует.
Рабочие переглянулись, взяли лопаты и вышли во двор. На крыльце раздался дружный хохот. В столовую донеслось:
— Вот так мамаша! Выполняй, ребята, команду!
— А ты кем здесь, голубушка, работаешь? — спросила Аксинья Ивановна девушку.
— Я подаю на стол и убираю посуду, — ответила та, смущаясь.
— Очень хорошо. А халаты у вас есть?
— Есть.
— А почему не надеваешь?
Грязные. Постирать некому.
Тут уж покраснела Варя.
Некому? — удивилась Аксинья Ивановна. — Ах, бедные! А ты что же, стирать не умеешь?
— Умею… — потупилась девушка.
Аксинья Ивановна повернулась к Варе.
— Пойдем посмотрим еще кухню.
Кто это? — шопотом спросила у Вари повариха.
— Новая заведующая столовой.
— А-а, — уважительно протянула девушка.
Аксинья Ивановна не пропустила ничего
Заглянула во все уголки, борщ попробовала, котлеты. Когда они возвратились в зал и уселись за чистый стол, вошел Чернов.
— Ну, как дела?
Аксинья Ивановна категорически заявила:
— Столовой принимать не буду!
— Что случилось, Аксинья Ивановна?
— Принимать нечего. Инвентарь никуда не годится. Бак проржавел, посуда — смотреть стыдно, вешалок нет, крыша протекает.
— Крышу починим, вешалки сделаем…
— Посуду, железки эти, надо заменить на фаянсовую.
— Фаянсовая посуда у нас есть, только мы ее на склад сдали, на хранение. — пояснила повариха, — по праздникам берем.
— Видали такое! — возмутилась Аксинья Ивановна. — Да человеку каждый день должен быть что праздник! Ишь, выдумали — по праздникам. Завтра же снести посуду сюда!
В столовую шумно вошли четверо рабочих с лопатами и вениками.
— Всё выполнено, товарищ… — они запнулись.
— Заведующая, — спокойно помогла нм Аксинья Ивановна-
— Натянули вы нам нос, Аксинья Ивановна — засмеялся Чернов. — Я считал, что столовая в порядке.
— Хорош порядок!
Аксинья Ивановна осталась в столовой, а Чернов и Варя вышли. Варя была очень смущена.
Ну, что? Нагнала жару? — дружески сжал её руку у кисти Чернов. — Вы не смущайтесь, Варя. Видать, хорошая старуха, энергичная.
— У меня было так мало времени…
Я знаю. Займетесь теперь целиком клубными делами.
Вернувшись к себе в общежитие, Варя всё еще переживала неприятности со столовой. Она не слышала, как постучали в дверь. Снимая с обожженной ноги валенок, она поморщилась. Нога всё еще болела. Стук раздался снова, более настойчивый и громкий. Решив, что это стучит соседка, Варя крикнула, не поворачивая головы:
— Войдите!
В комнату вошел мастер Быков с двустволкой за плечами и убитым зайцем, подвязанным к поясу.
Здравствуйте, — поздоровался он.
С валенком в руке, Варя недоуменно посмотрела на неожиданного посетителя.
— Простите, я, кажется, не вовремя… Я» собственно, по поручению вашего мужа…
— Что-нибудь случилось? — вскочила испуганная Варя. — Что с ним?
— Да с ним ничего, не волнуйтесь. Я насчет политучебы.
— Политучебы?
— Перед отъездом в Маркан-су товарищ Савченко сказал, что мы можем обратиться к вам за помощью. У нас в кружке прорабатывают сейчас диалектический материализм. Может быть, у вас есть что-нибудь популярное. Все-таки трудно изучать эту философию.
— Ах, вот в чем дело, садитесь, — предложила Варя.
— У вас перевязана нога. Я слышал, вы пострадали на пожаре? — усаживаясь, спросил Быков.
