— Чертовски, — наклоняюсь, и чтобы не сделать больно легонько целую, смахивая слезы с ее щек, — ты даже не можешь представить насколько. — Ты. Я. Наш малыш. Это лучший финал нашей истории. Спасибо тебе малышка за такой подарок. Клянусь, — шепчу в самые губы, и Никки продолжает плакать, смотря в мои глаза полные слез, — с этого момента все измениться. Больше никакой боли. Горечи. Обиды. Ничего подобного, что может нарушить твой покой, — она открывает рот, чтобы возразить мне, но я прикасаюсь пальцем к ее губам, останавливая, — это был последний раз, когда я позволил тебе попробовать изменить нашу жизнь. Теперь мой черед. Отпусти меня, — вздыхаю, понимая, как тяжело мне сейчас будет подняться и уйти от нее. Но если я не сделаю мужественного решительного шага, ничего не измениться. Мы будем топтаться на месте, оглушенные страхом, — просто расслабься и не переживай. Береги себя и нашего малыша. Обещаю, — прикасаюсь снова к губам, — я вернусь. Так скоро, что ты не успеешь даже соскучиться по мне. — Никки обнимает меня за шею двумя руками и прижимается ближе, давая понять, как нуждается во мне. Обнимаю в ответ, гладя ее по спине. Не знаю, сколько проходит времени, но мы просто молча сидим, наслаждаясь этой скромной близостью. Она мой дом. Мое счастье, которое я не намерен упускать.
— Будь осторожен, — единственные слова для меня, когда я отстраняюсь, помогая ей лечь обратно на подушку. Целую в последний раз.
— Обещаю. Я скоро вернусь. — Говорил эти слова, покидая ее палату. Не знаю почему, но было ощущение, что от моего сердца оторвался кусок и остался здесь. В ее руках. Будто это наша последняя встреча. Некая горечь засела где-то на глубине души, и я не мог избавиться от нее.
Вышел из палаты и, закрыв двери, облокотился на них спиной. Что-то было не так. И сейчас до меня начинало доходить что именно. Чувство ошалелой ярости и всепоглощающей жажды мести, молниеносной скоростью, заполняло каждую клетку моего наряженного тела. И даже новость о том, что я стану папой, не смогло остановить этого сумасшедшего гнева, который перекрывал кислород. Разрушал любые границы разумного. Перед глазами только одно. Гавнюк, который решил, что он имеет право поднимать руку на женщину. Который беспощадно избивал, не зная преград. Сука. Клинт издевался над ней и над моим ребенком. Сейчас я четко понимал, что даже вопреки молчанию Никки, это избиение могло лишить нас этого малыша. Выкидыш. Последствия, которые вполне вероятно обернулись бы неизгладимым результатом. Моя кровь сейчас была хлеще лавы. Пальцы были готовы вонзиться в глотку мрази и разодрать его к чертовой матери. Стиснул зубы, прикусывая язык до крови. Мой зверь, окончательно выбрался наружу и требовал немедленного возмездия. Отшатнулся от двери палаты и практически бегом выскочил из больницы. Сейчас мне нужно действовать. Немедля. Больше не думая и не взвешивая. Достал мобильник из кармана джинс, и мигом набрал номер Вилареса. Несколько гудков и друг поднимает трубку.
— Райт привет. — Голос безмятежный, в то время, как внутри меня бесновались демоны.
— Привет, — отвечаю, открывая двери машины и садясь на водительское место, — нужна твоя помощь. Срочно.
— Что произошло? — Настораживается, улавливая напряжение и твердость моего голоса.
— Мне нужна встреча. С Клинтом Митчеллом. Немедленно. — Требовательно. Возможно, даже грубо. Хватаюсь пальцами за руль, до боли впиваясь в кожаную обтяжку.
— Разговор? — Очередной вопрос от Рене, который приводит меня еще в большую ярость.
— Неважно, — перехожу на крик, откровенно психуя, — ты можешь просто помочь мне? Или я найду его сам, чего бы мне это не стоило. — В трубке тишина. На секунду я даже думаю, что Рене положил трубку, но через мгновение он отвечает мне ровным и громким голосом.
— Успокойся. Не ори. Клинт Митчелл сейчас сидит в моем баре и пытается напиться, не говоря ни слова. Не знаю, что стряслось между вами, но если ты хочешь его увидеть, у тебя есть отличный шанс. Приезжай Райт, если вдруг он решит уйти, я его придержу. — Рене замолкает, а я облегченно вздыхаю. Хоть что-то за сегодняшний день удается сделать без лишних препятствий.
— Спасибо! — Короткий ответ и я вешаю трубку, кидая мобильник на соседнее сиденье.
Какие-то считанные минуты и этот мерзавец ответит за все сполна. За каждую волосинку, которая упала с ее головы по его вине. За каждую ссадину и синяк. За каждый стон. Клянусь богом, Клинт Митчелл умоется кровью и пожалеет о том, что посмел поднять руку на женщину, которую я люблю больше жизни.
Глава 28
Райт.
