— Райт, — ее голос дрожит. Немного морщась, она поднимается в сидячее положение, и я, придвигаясь ближе, позволяю ей себя обнять. Теплые тонкие руки, хватаются за мою шею. Лицо в паре сантиметрах от моего. Разглядываю его, смотря в любимые глаза, которые стали мне родными. Улыбка не сходит с лица у обоих, — ты вернулся. Так быстро. — Замолкает, ничего не расспрашивая, просто прижимается ко мне всем телом, не смотря на дискомфорт и боль. — Я скучала.
— Я тоже малышка. Говорил же, что скоро вернусь. Я не бросаю обещаний на ветер Никки, — целую в висок, и, поднимая руку, глажу ее затылок.
— Люблю тебя Майерс, — Ее голос глухой, куда-то мне в плечо.
— Я тебя тоже, — Никки отстраняется, и слегка прикасается ко мне губами, нежно целуя. Морщиться. — Давай, как ложись на место. — Она послушно выполняет то, что я ей говорю. Возвращается в лежачее положение, и я только поправляю ее подушку под головой.
— Расскажи мне. — Никки спокойна. Она без слов понимает, что что-то произошло, замечая ссадины на моих руках.
— Все хорошо, я просто набил рожу твоему бывшему мужу. Бывшему Никки, — почему-то улыбаюсь как дурак, подчеркивая тоном голоса первое слово, — ты свободна. Этот мудак больше никогда не побеспокоит тебя. Никогда. В ближайшее время Рене привезет документы на развод, только ты должна будешь сознаться открыто, кто тебя избил. Ничего не бойся, Клинту не выбраться из этого дерьма. Он получит то, что заслужил.
— Это Виларес да? — Никки до конца не осознавая моих слов, смотрит удивленно. — Ты попросил помощи у него?
— Не просил. Рене все сделал сам. Передавал тебе привет, — поднимаю свою руку, и распахиваю ее тонкую кофту в разные стороны. Прикасаюсь ладонью к плоскому животику. К тому месту, где находиться наш малыш. Никки замирает, позволяя мне гладить ее животик. Улыбается, — и поздравления.
— Райт, — на ее глазах появляются слезы, — неужели все так легко разрешилось, — конечно, нелегко, но сейчас я не стану нагружать ее подробностями и полным рассказом того, что вытворял ее муж.
— Рене умеет творить чудеса, — усмехаюсь. Наверно это так и было, — давай не будем о плохом. Мы свободны Никки. Впереди нас ждет долгая и счастливая жизнь. Втроем. Ты. Я и наш малыш. Наклоняюсь и задираю больничную сорочку Никки до груди, оголяя ее тело.
— Райт, ты с ума сошел, — она ерзает на месте, пытаясь вернуть ее на место, — мы же в больнице. Перестань дурачиться.
— Тише женщина, я всего лишь хочу поздороваться со своим сыном. — Наклоняюсь, целуя живот в разных местах. Никки хохочет, обнимая мою голову своими руками. — Привет малыш, — шепчу в кожу, — это твой папочка.
— Боже Райт, мне щекотно. Прекрати, — продолжает смеяться, пока я продолжаю невесомо целовать ее животик, — твой ребенок еще размер с горошину, он не слышит тебя. Ахх. Перестань. — Обожаю ее смех. Хочется слышать его чаще. Постоянно видеть ее улыбку и горящие глаза. Теперь будет именно так.
— Он чувствует. — Просто кладу голову на голый живот Никки, и она прикасается к моему затылку своей рукой.
— Вместе и навсегда Майерс? — Неожиданные слова, которые я так давно хотел услышать от нее.
— Все будет так, как хочешь ты детка. Вместе и навсегда. — Расслабляюсь, закрывая глаза.
В палате наступает тишина. Лишь слышится отдаленный стук наших сердец. Наверно за долгое время он спокойный и равномерный. Дыхание у обоих тоже размеренное. Эта тишина долгожданная. Не нужно громких слов, чтобы почувствовать безудержное счастье в наших сердцах. Восторг и трепет, которыми заполнена оживающая душа. Все так, как и должно быть. Боль, обиды и злость, становятся ничтожными воспоминаниями, которые сотрутся из памяти, как кошмарный сон. Начинается новая жизнь. Полная надежд и мечтаний. Мы войдем в нее вместе. Крепко держась за руки. Все с чистого листа. Для нас обоих.
Глава 29
Николь.
3 месяца спустя….
