- Высокий такой, блондин, волосы до плеч, вьющиеся? - ошарашено уточнила я.
- Ага! А ты откуда знаешь?
Мираэль испуганно ахнула и пнула меня ногой под столом.
- Вчера в канаве видели, - заюлила она. - Мимо проходили, а там что-то такое, волосатое, плавало.
- Аааа. Так что ж не помогли то будущему учителю? Предмет хоть и не профильный - 'Страноведение и обычаи рас', но экзамен по нему есть, да и в приемной комиссии он обычно сидит, так что завтра увидите, уж до завтра-то наши хиллеры его точно вылечат. Странный он, но прикольный, всегда студентам помогает, списывать позволяет. Этакий любимый молодой учитель. Жаль парня. Узнать бы кто его так, били бы всей Академией.
Мы с подругой переглянулись, тяжко вздохнули, встали из-за стола и поплелись наверх.
- Эй, вы куда? - возмутился Воладир.
- Спать! - хором ответили мы.
- А готовиться к поступлению?
- Считай, что мы уже провалились!
Как говориться, перед смертью не надышишься, зато можно успеть отоспаться!
Глава 12
Когда жизнь экзаменует, первыми сдают нервы.
В этот день на площади было слишком людно, впрочем, как всегда в начале Липеня. Толпа, состоящая по большей части из молодежи, мерно плескалась перед высокими, почти крепостными, стенами центрального в Гордее сооружения. Молодые маги, претендующие стать дипломированными ежесекундно выпускали в небо фейерверки, огненные шары, взрывающиеся камни, молнии и прочие мелкие заклинания, которые могут попросить продемонстрировать на испытании.
Изредка над толпой летали свежие и не очень помидоры - это уже развлекались шутники, лишенные магических, но вовсе не пакостнических, способностей. Они изображали подобие боевой стойки, кричали абракадабру и, пародируя абитуриентов, запускали в воздух помидоры, а-ля фаербол. Только в отличие от заклинаний, которые уносились в облака, провоцируя дождь, овощные снаряды имели обыкновение возвращаться на грешную землю, и тут уж кому повезет. Или не повезет.
Самый удачный помидор приземлился аккурат на макушку невысокой брюнетки, стоящей перед самыми воротами. Девушка в ярости развернулась, обтекая соком подтухшего 'фаербола', и в ее руке уже сверкала молния, готовая сорваться в любую секунду. От расправы хулиганов спасли часы на башне Академии, которые начали монотонно отбивать полдень. В этот момент створки ворот распахнулись, и толпа хлынула во двор цитадели магии.
Мы с Мираэль никуда не спешили, поэтому за всем происходящим на площади наблюдали через окно небольшого трактира, попивая ягодный чай. Последний человек прошел в ворота.
- Пойдем, - сказала подруга, направляясь к выходу. - Помирать, так с музыкой.
Я печально глянула в свою чашку, допила последний глоток душистого напитка и поплелась вслед за Мирой.
- Перед смертью не надышишься, не наешься и не напьешься. Эх, как бы мне сейчас не помешал глоток самогончика.
- Для пущего косоглазия? - ехидно уточнила подруга. - Надеешься, что магистры спишут твои промахи на него, когда под кем-то из них стул взорвется?
- Для храбрости, - я пропустила колкость, - мне еще встреча с Арсением светит малиновым фонарем, и, скорее всего, под глазом.
- Расслабься, может, и не оклемался еще. Дуб его хорошо по голове приложил.
- Надежда умирает последней, и почему меня не Надей зовут?!
Привратник уже почти закрыл ворота, когда мы буквально протиснулись в небольшую щель. Старичок недобро глянул на нас, но промолчал.
Огромный двор был заполнен до предела, поэтому мы с подругой так и остались стоять у самых ворот, не рискуя протиснуться дальше. Далеко не все здесь присутствующие последующие семь лет посвятят Академии. У кого-то не хватит способностей, и они пойдут ворожить, а то и шарлатанить по деревням, у кого-то подготовки, и им представится шанс повторить попытку на следующий год, а некоторые будут отчислены уже в течение обучения.
Отчисление для юного мага - это самая страшная кара, поскольку студента не просто выгоняют из Академии, его вдобавок ко всему полностью лишают способностей, ибо маг недоучка может о-го-го чего натворить. Взять хотя бы меня. Не так давно я душевно проредила Глухой лес, благо никто из людей не заметил, а нежить жаловаться не пойдет.
Неожиданно гул голосов, на который уже никто не обращал внимания, резко стих. В дверях здания, к которым вела огромная лестница, появился Магистр Викториан.
