— Я впервые поднялся в небо с этой земли. Спасибо моему первому наставнику — Николаю Константиновичу Матюшину. Это он дал мне дорогу в воздух, а потом в космос. У меня в Магнитогорске много друзей. Семья Лепихиных, Клавдия Ефимовна и Галя Грязновы, Миша Юдин. Буду рад вновь свидеться.
От Комсомольской площади рукой подать до Дома культуры профтехобразования. Дорога знакома: туда мы ходили на спевки. Что там сейчас? Может, тоже спевка?
Переступаю порог. Так и есть. В той же длинной комнате с низковатым потолком, где когда-то звучали голоса моих сверстников, поют парни и девушки, и теперь с ними с «волшебной палочкой» все та же Таисия Федоровна. И за пианино та же Наталья Ивановна. Словно и не минуло пятнадцать лет. Даже какая-то белокурая девчушка, запевавшая в хоре, показалась удивительно похожей на нашу звонкоголосую Олю Доронину.
Шумная, веселая встреча. Я с гордостью напоминаю ребятам, какая была сильная самодеятельность трудрезервов Магнитки в 50-е годы. На всю Челябинскую область гремела. Кто-то весело парирует:
— Сейчас не хуже!
— Докажем? — спрашивает у ребят Таисия Федоровна, и в ответ раздается дружное:
— Докажем!
Пальцы Натальи Ивановны пробегают по клавишам. Под своды взметается традиционная «Звездная»:
Песня обрывается, я вспоминаю любимую фразу Таисии Федоровны:
— Что там у вас, на галерке, будто гречневая каша во рту?
Все смеются, угадывая, кому принадлежат эти слова. И Таисия Федоровна тихо улыбается.
Репетировали ученики профтехучилища. Алима, невысокая, черноглазая монголка, пела «Санта Лючию», ее земляк Сандан-Цоодол пел на русском языке «Россию», а Тулл — арию из оперы «Запорожец за Дунаем». Потом и меня пригласили на сцену.
На второй день встречи в техническом училище № 46 останавливаюсь на пороге директорской:
— Володя! Ты?
Преподаватель училища — мой однокашник Владимир Осадчий. В другом классе опять объятия. Встречаю другого соученика — старшего мастера Алексея Крылова.
А в техническом училище № 41 долго говорили с заместителем директора Дмитрием Алексеевичем Домрачевым. В авиаспортклубе мы учились и дружили с его сыном Володей.
Дмитрий Алексеевич с гордостью сообщил, что сейчас Владимир — летчик-испытатель.
В техникуме профтехобразования, где старых однокашников-преподавателей собралась целая группа, состоялась перекличка: Люба Оглоблина, Николай Шкуропат, Михаил Синицкий, Валентина Таркина, Анна Прокофьевна Гордылева, Василий Григорьевич Шенцев, Василий Иванович Кузнецов, Ибрагим Хакимович Даутов… Все здесь.
На вечере в Доме культуры профтехобразования секретарь обкома КПСС Е. М. Тяжельников преподнес мне именные часы.
Я взглянул на свои «серебряные». Они мне особенно дороги тем, что дважды побывали в космосе — с ними летал Юрий Гагарин и я. Не раз меня осаждали работники музея с просьбой передать их как реликвию. Я отказывался. Теперь передаю друзьям-магнитогорцам.
Спешу на комбинат. Уже у проходной вдыхаю знакомые пресные запахи раскаленного металла и горького коксового дымка.
Девятая домна. Огненная река дышит могуче и торжествующе. Это новая печь-гигант. У ее раскаленного жерла хозяйничают начальник цеха Юрий Павлович Волков, обер-мастер Алексей Леонтьевич Шатилин, газовщик Владимир Федорович Дюкин. Потом я еще не раз прилечу в свою Магнитку, буду присутствовать на плавке 200-миллионной тонны магнитогорского металла, и уже там, в Звездном, мне будет сниться это рукотворное солнце.
А вот и мой аэроклуб. Беседуем с его начальником, с замполитом Виктором Ивановичем. Говорим, конечно, о нынешней смене аэроклубцев. Уже около двадцати новых наборов поднялось в небо Магнитки. Замечательная, дерзающая молодежь. А где же они, мои сверстники, погодки первых летных дней? Здесь, в аэроклубе, все знают о них. Нарсултан Бекенев летает в Киргизии. Садчихин — капитан ракетных войск. Володя Домрачев водит сверхзвуковой ракетоносец. Веселкин тоже в небе.
— Стараемся равняться на ветеранов, — говорит Иванов и рассказывает о нынешней поросли авиаторов.
Знаменитостью аэроклуба является инструктор парашютного спорта Виктор Саутин.
Прыгать начал в 1965 году. Работал он тогда в мартеновском цехе. Участвовал в научно-спортивном эксперименте на Памире. Десять парашютистов совершили там невиданный доселе групповой прыжок.
Покинув самолет на высоте 8000 метров, они приземлились на одну из высочайших вершин — пик Ленина. Другая группа покорила с воздуха высоту 6100 метров. Ту высоту штурмовал и Виктор Саутин. Высадиться десанту на скалы, на крутизну у пропасти — это высшее искусство, тончайший расчет и необыкновенное мужество.
