Сборник рассказов начинающего автора, герои которых живут своей обычной жизнью. В ней не появляются фантастические существа и не возникают сверхъестественные способности. Просто жизнь такая, какая она есть, такая, какой живут.
…Была звездная ночь перед Сочельником. На небе желтыми точечками, густо и ярко, светил звезды, медленно спускаясь с небосвода на серебристую, светящуюся от луны землю, пушистую от хлопьев снега.
Из окна шестого этажа на чудесные переливы сугробов смотрел Савва, шестилетний толстячок с большими голубыми глазами и мелированными темно-русыми волосами. В его глазах восхитительная картина «алмазного» снега приобретала волшебные черты: вот-вот, казалось Савве, появится из-за какого-нибудь сугроба новогодний Дед Мороз, с черного звездного неба прилетит, сверкая и блистая, дыша холодом, в ледяных санях Снежная Королева, да и сами сугробы оживут и превратятся в снежных чудовищ, добрых и злых.
«А ведь земля мерзлая… – неожиданно подумал Савва. – И, наверное, все цветы спят».
Савве тут же представилось, как все ромашки, одуванчики и колокольчики спят под снегом на перинах и укрывшись теплыми одеялами, склонив большие свои головы.
«А раз они спят, они же могут не получить подарков», – испуганно подумал Савва, но тут же сам себя успокоил: «Дед Мороз добрый, он всем приготовил подарки».
–Мама! А Дед Мороз придет на Рождество? – громко спросил Савва у мамы, готовившей на кухне.
–Придет, – уверенно ответила мама.
–Точно-точно? – звонко спросил Савва.
–Точно-точно, – подражая, ответила мама.
Савва слез со стула, на котором стоял, и пошел разбирать игрушки, которые он заранее, еще с утра, свалил в огромную кучу в углу. Разбирать свои игрушки он любил больше всего на свете. Он рассаживал их по местам, в порядке излюбленности, в порядке роста, в порядке старости, иногда переписывал их (а Савва уже умел считать, правда до 10, и писать, хотя в школу его собирались отдать только в этом году); но больше всего приносила ему удовольствия при разборе та мысль, что все они (игрушки) могут быть живыми. «Просто когда день – они спят, а ночью оживают и живут своей жизнью», – считал Савва.
Какой было эта жизнь, Савва так и не знал: несколько раз он пробовал не спать по ночам, но сон все равно его смаривал, и за пробуждением игрушек и их жизнью никак не удавалось установить слежку.
Считая игрушек живыми, Савва очень аккуратно с ними обращался: у него ни разу не сломалась ни одна машинка и ни одна игрушка не порвалась.
Савву постоянно приводили в пример его соседу и двоюродному брату Генке. Генке это не нравилось, он не верил в Саввину теорию о «жизни» игрушек, и Генкины игрушки нередко становились жертвами протеста против этой идеи. Савва уже закончил разбирать и расставлять свои игрушки, как дверь (входная) щелкнула, и в его комнате появился Генка.
Он подошел к Савве, сел рядом с ним и сказал:
–Привет. А мы пришли к вам в гости.
Савва посмотрел на него, давая понять, что он услышал, а Генка помолчал и спросил:
–Все расставляешь их? Глупо. Тебе же в школу идти.
–Ну и что? У Андрюшки из 104 квартиры куча машинок и самолетов, а он уже в пятом классе, – возразил Савва.
–Ну… что Андрюшка? Я про тебя говорю. У меня, вон, игрушек по минимуму: я в первом классе. Сказали, взрослый уже!
–А у тебя их и раньше много не было, – нашелся Савва.
Генка помолчал, подумал и снова заговорил:
–Ну хорошо… Но что это за дело – игрушки туда-сюда ставить? Брось их, сложи в коробку. Ты ведь уже и считать умеешь, и писать… ты уже фактически первоклассник, – явно повторяя слова своей матери, в нос заявил Генка Савве.
–Я не хочу их складывать в коробку. Они мои друзья.
–Опять мы мультиков насмотрелись! – усмехаясь, ответил Генка, хлопая ладонями по коленам. – Да тысячу раз я тебе говорил: они неживые. Как игрушки могут быть живыми? Папа говорит, что все это – пластик и…и… синтепон. Синтетика!
И Генка угрожающе поднял вверх указательный палец.
–Нет, неправда! Они живые! – стал защищаться Савва.
–Нет, неживые!
–Нет, живые!
–Нет, неживые!
–Живые! – заверещал Савва.
Генка от неожиданности смолк, отдышался и молвил:
–Ну хорошо… Кто же тогда оживляет их?
–Дед Мороз, – немного подумав, смело ответил Савва.
На Деда Мороза возлагались все его надежды.
–Кто? – протянул Генка, и разрушил весь каскад одной формулировкой:
–Деда Мороза не существует. Это все выдумка взрослых.
–Неправда… – прошептал Савва.
–Вот увидишь: в Рождественский Сочельник под елкой появятся не Дед Мороз и Снегурочка, а твои папа и мама, – сухо констатировал Генка.
–Неправда… – снова прошептал Савва. Он готов был заплакать. Деда Мороза не существует! Да это Генка специально говорит, доводов у него не хватает, вот он и врет, чтобы выиграть у Саввы в споре!
–Хочешь, докажу?
–Как? – с надеждой спросил Савва, веря, что Генка врет.
–В Сочельник останемся у елки, и ты сам увидишь, что Деда Мороза нет. Есть папа.
–Я лучше один. А ты – у себя дома.
–А потом ты скажешь, что видел Деда Мороза? – улыбаясь, просил Генка. – Нет. Будем вместе. Чтобы все под моим контролем.
Далее разговор их перетек в другое русло, они начали играть в прятки и догонялки, а еще жмурки, но Савва все не переставал думать о завтрашней ночи, о существовании Деда Мороза (а кто еще за окном столько снега наморозил?) и о, конечно, живых игрушках…
