— А еще потому, что у меня есть демон, который у меня в долгу, — добавила я, чувствуя, как частит пульс.
— Если случится что-то, что мне не понравится, — сказала
я — он придет за вами. И знаете что? — Пульс стучал, голова кружилась, я ухватилась за стол, чтобы не упасть. — Убивать он любит, так что может и перестараться. Меня не удивит, если он возьмет вас обоих — для уверенности, что взял того, кого надо.
Мистер Рей опустил взгляд к моему запястью — метка демона была видна отчетливо.
— Так что звоните, — сказала я. — Отзывайте своих. И держите язык за зубами. Если выйдет наружу, что статуя у меня, ваши шансы обойти моего демона и получить фокус станут еще меньше. — Я выждала момент, посмотрела им в глаза. — Мы друг друга поняли?
Миссис Саронг встала. Сумочку она крепко зажала в руке.
— Спасибо за угощение, миз Морган. И за более чем содержательную беседу.
Кистей вышел из-за стойки, пока женщина шла к выходу, сопровождаемая всей своей свитой. В открытую дверь ударило солнце, я прищурилась с таким чувством, будто три недели просидела в погребе. Мистер Рей смерил меня взглядом. Мясистые щеки у него повисли неподвижно. Кивнув мне, он махнул рукой своей охране и вышел вслед за миссис Саронг, медленно и вызывающе, пряча оружие на ходу.
Я стояла на месте, пока последний из них не вышел за порог. Чуть подождала, пока закрылась дверь, оставив меня снова в темноте. Слышны были шаги идущего через зал Кистена, и я уронила голову на стол и тяжело вздохнула.
У меня репутация ведьмы, работающей с демонами. Я этой репутации не добивалась, но если она поможет сохранить жизнь тем, кого я люблю, то я ею воспользуюсь.
Катер у Кистена достаточно большой, чтобы волны от туристских пароходиков шлепались ему в борт, но не раскачивали. Я уже бывала на нем, даже провела пару уикендов, узнала, как хорошо разносятся голоса над темной водой, и научилась снимать туфли на причале. Здесь было три палубы, если считать самую верхнюю, где штурвал. Достаточно большое судно, чтобы устраивать приемы, как говорил Кистен, но достаточно маленькое, чтобы у него не было чувства, будто он слишком уж размахнулся.
Хлеб был взят неподалеку, с кухни Пискари. Кажется, соус был оттуда же. Впрочем, не важно, если Кистей и попытается выдать его за свое произведение» разогрев сперва на миниатюрной плитке. Главное, что мы спокойно ужинаем, а не спорим насчет того, что я свою работу поставила выше его планов на мой день рождения.
Я посмотрела на него через освещенную пламенем свечей, погруженную в полумрак гостиную. Мы могли бы поесть на кухне или снаружи, на просторной веранде, но на кухне тесно до клаустрофобии, а на палубе — слишком открыто. А мне после разговора с миссис Саронг и мистером Реем было неспокойно на душе. Добавить еще отвергнутое опасное приглашение Тома, и спокойно записывайте меня в параноики.
В четырех стенах все же куда приятнее» Роскошно убранная гостиная простиралась от борта до борта, похожая на декорацию к фильму, в широких окнах с одной стороны видны были огни города и отражение луны на воде, а с другой занавески были задернуты и на автостоянку у «Пискари» мне не надо было смотреть.
Формально говоря, Кистей был сейчас на работе — почему мы и были здесь, а не в нормальном ресторане, — но когда мы забрались на кухню стащить бутылку вина и каравай, я услышала, как он говорит Стиву, чтобы его не беспокоили, разве что у кого-то на клыках окажется кровь.
Приятно было понимать, что я среди его приоритетов так высоко числюсь, и пока на моем лице еще было можно прочесть удовлетворение от этой мысли, я подняла голову, увидела, что Кистен смотрит на меня через разделяющий нас низенький кофейный столик, и свет пламени придает его синим глазам искусственную, опасную черноту.
— Что? — спросила я, краснея, потому что он уже явно какое-то время за мной наблюдал.
Довольная улыбка у него на лице стала четче, и меня пробрала дрожь эмоций.
— Да ничего, — тихо сказал он. — У тебя все мысли на лице бегущей строкой пишутся. А я смотрю и читаю.
— Гм…
