После чаепития мы с Томеком отправились на осмотр пациентов. И во время него я испытала самый настоящий шок: тех пациентов, что мы оперировали позавчера, целитель уже готов был выписывать после обследования ран. Заметив моё состояние, пан Мыскевич уже в коридоре уточнил, что меня так поразило.
- А не слишком ли рано?
- Отчего ты так думаешь? Те раны, что зашивала ты, чистые, швы уже без каких-либо признаков воспаления. Да, перевязки им ещё потребуются, но им не обязательно для этого лежать у нас в больнице.
- То есть они уже полностью восстановились?
Скорость волшебной медицины так поражала, что я все ещё не могла уложить всё в голове. Ещё два дня назад многие из них были при смерти, а сейчас уже весело разговаривали и даже пытались со мной флиртовать.
- Что касается внутренних органов, да. Ведь серьезные раны я им исцелил ещё в первый день. А потерю крови восполнили кровевостанавливающие инъекции. Поверхностные повреждения же сами по себе восстановятся.
- А душевные травмы? – шепотом спросила я. Интересно, здесь что-нибудь знают о ПТСР? Пан Томек все же услышал меня и нахмурился.
- А с этим мы помочь не можем, - прокомментировал он и двинулся в соседнюю палату.
Закончив с осмотром, мы вернулись в ординаторскую. И целитель принялся расспрашивать меня о хирургических инструментах, которых нам не хватает.
- Расширители ран, зонды, крючки и зажимы, - моментально откликнулась я. – Это по минимуму. Но вчера у меня совсем не было времени их зарисовать.
- Так займись этим сейчас, - предложил Томек. – Раз у нас выдалось свободное время. Не заниматься же тебе перевязкой? Тем более с этим прекрасно справятся наши медсестры.
Я кивнула и засела за художества. Целителю же было сложно справиться с любопытством, поэтому он постоянно подходил смотреть, что я там рисую.
- Вы мне мешаете, - не удержалась все-таки я от замечания. И Томек воспринял его адекватно, то есть нашел занятие и для себя. А именно занялся заполнением карт пациентов.
Я же, закончив с художеством, сама позвала целителя и принялась объяснять, для чего нужен тот или иной инструмент. Так что время до обеда пролетело незаметно. К приходу Арона мы успели ещё раз попить чай. А я и прическу поправить, заплетя французскую косу, которую, впрочем, под платком не будет видно.
Арон протянул мне круглую коробку, внутри которой оказалась симпатичная белая шляпка. Я тут же вернулась в ординаторскую и принялась её примерять. Со шляпкой образ стал более гармоничным, поэтому я закрепила её невидимками. Ещё и локон у виска выпустила, чуть накрутив его на палец. Заодно я захватила рисунки хирургических инструментов, которые согласовал целитель, и спрятала их в карман.
- Как мне? – игриво уточнила я у Арона, выпорхнув в коридор.
- Ты очаровательно выглядишь, - тут же откликнулся мужчина.
- Какая ты красавица?! – добавила Рута, оглядывая меня с улыбку. Сама она тоже прекрасно выглядела в темно-зеленом платье. О чем я тут же сообщила.
Наши мужчины предложили нам руки, и мы вместе двинулись в сторону центральной лестницы.
- А пан Томек решил устроить нам сегодня отдых, то есть после приема мы сможем все вместе пойти домой, - поделилась я радостной новостью с близкими людьми.
Возле лестницы мы наткнулись на группу представительных мужчин. Это оказались мэр и его помощники.
.Пан Клеман Адамец выглядел лет на сорок с небольшим. Крепкое тело без намека на полноту намекало, что это не типичный представитель бюрократической братии. Умное лицо с высоким лбом и твердым подбородком так же внушало оптимизм.
Познакомившись, Клман попросил своего секретаря проводить нас в приемную, где оказалось уже довольно много народа. В числе прочих был и капитан Домровский со своим заместителем, сержантом Горелик. С ними Арон поздоровался весьма сухим тоном, но за документы по компенсации он поблагодарил подчеркнуто вежливо капитана. Так же я заметила Сильвию с Густавом и Джеромом. Заметив нас, чета Котовски подошла к нам. Мы обменялись последними новостями, с интересом оглядывая незнакомых людей. Большинство из них были в парадной форме, звания я различить не могла, так как не разбиралась в атрибутике. Но судя по выправке, все имели офицерские чины.
Заметив своего начальника, который отлучался в особняк, я не сдержала улыбки. Пан Томек тоже заметил меня и начал что-то втолковывать своему спутнику, в котором я с удивлением опознала Зибора Соболевского. Вскоре они присоединились к нам. И пан Мыскевич представил всем своего коллегу.
- Пани Аннели, показал моему приятелю ваши иглы и он остался под впечатлением. Собирался продемонстрировать зарисовки других инструментов, но не нашел их в ординаторской.
- Я их забрала с собой, - смущенно призналась я, доставая из кармана свернутые вдвое листы. – Хотела попросить мужа что-нибудь изготовить..
- Пани Аннели Гаррах, - пробормотал Зибор растерянно. – Это же вы мне подсказали, что можно сделать с опухолью в желудке.
- Не совсем так, - возразила я. – Я просто сдавала экзамен на звание медсестры, и в ответ на ваш вопрос предположила, что её можно вырезать. Это помогло?
