На огненной черте полностью

В т о р о й  р а б о ч и й. На завод спешим.

П е р в ы й  р а б о ч и й. О муже своем не беспокойтесь. Все передадим, как вы приказали.

За сценой голоса рабочих.

Может, вы до лодок-то сами дойдете? Вот Захарыча попросите, он слова не скажет, перевезет.

З а х а р ы ч. Об чем разговор!

Входит  г р у п п а  р а б о ч и х, во главе с  П р о х о р о м. С ними  И г н а т ь е в н а.

В т о р о й  р а б о ч и й. Прохор Тимофеевич! Прохор Тимофеевич! Приказали — все, кому можно, на завод чтобы шли… Бой там.

П р о х о р. Знаю. (Рабочим.) Бросай имущество, пошли… Нам только до завода добежать, там и получим все, что для боя положено.

Т р е т и й  р а б о ч и й. Не имеем мы права, Прохор Тимофеевич, станки в Волге оставлять.

П р о х о р. Хочешь, чтобы мы город немцу оставили?

Ч е т в е р т ы й  р а б о ч и й (в сторону Егора). Отчаливать надо было, а не с бабой прощаться!

Т р е т и й  р а б о ч и й. Что же начальству про станки скажем, Прохор Тимофеевич? В Волге они.

П е р в ы й  р а б о ч и й. Не бойсь, Василий, Волга станки не украдет.

П р о х о р. Вернемся — достанем. К заводу, мужики! (Повернувшись в сторону избушки.) Егор Алексеич, тебя ждем!

Е г о р (выходит из дома). Не могу я с вами. Не пойду! Я за станки отвечаю. Станки достать обязан. (Ушел в избушку.)

И г н а т ь е в н а. Прошенька! Тебе помирать скоро, а ты за ружье схватился.

П р о х о р. Потому и схватился, что помирать не хочу.

И г н а т ь е в н а. Да как же я одна-то останусь?

П р о х о р. Ты с нами не вяжись, лучше Валентине Андреевне помоги. Успокой… (Ушел следом за рабочими.)

И г н а т ь е в н а (Валентине Андреевне). Уходи ты отсюда, милая. Дочку бери да уплывай. За лодочником иди, а я посижу, погляжу за ней.

Ж е н я. Мама, я с тобой… (Пытается приподняться.) Стрелять будут. Не уходи…

В а л е н т и н а  А н д р е е в н а. Я здесь, Женечка, здесь.

Ж е н я. А Верочку не нашли? Я хочу к ней. Она подошла и говорит: «Женя, не плачь… У тебя другие ножки вырастут». (Слабо улыбнулась.) Ты ее найди… По кусочкам найди…

В а л е н т и н а  А н д р е е в н а. Я приду, Женечка, приду. Лодочника найду и приду… (Ушла.)

Входит  с л е п о й  с т а р и к. Левой рукой прижал к груди  р е б е н к а, в правой — посох, которым он нащупывает дорогу.

С л е п о й. Чу… чу…

И г н а т ь е в н а. И ты, Иван Яковлевич, в путь-дорожку собрался?

С л е п о й. Где ни помирать…

И г н а т ь е в н а. Дитятко-то чей?

С л е п о й. Настенки Будниковой, соседки. Дом-то в аккурат загорелся, она этого-то схватила, а старшую впопыхах и забыла… В дом обратно побежала, да вот и нет… Горе! Не плачь… Не плачь!

Ж е н я. Мама! Мама!

И г н а т ь е в н а. Что тебе, доченька?

Ж е н я. Мама…

И г н а т ь е в н а. Чего, родная?

Ж е н я. Мама…

Игнатьевна приподнимает девочку.

Я… я… Ма-а-ма… (Глубоко вздыхает и умирает.)

И г н а т ь е в н а (крестится и начинает голосить). Господи! Где мать-то? Мать-то где?

С л е п о й (долго не может найти место, где лежит девочка). Погоди, погоди, Игнатьевна… Где вы? Померла? Померла?

И г н а т ь е в н а. Ох сердце разрывается! Уноси птенца-то!

За сценой женский голос: «Дедушка! Дедушка!» Вбегает  м о л о д а я  ж е н щ и н а. Увидела слепого, бросилась ему навстречу.

М о л о д а я  ж е н щ и н а. Иван Яковлевич! Жив? Жив? (Схватила ребенка.) Крошка моя! Лапушка моя! Солнышко…

С л е п о й. Вот что значит мать! Подошла — он и замолчал. А дорогой кричал все…

М о л о д а я  ж е н щ и н а. Дедушка, век благодарить буду.

С л е п о й. А большенькая-то где?

М о л о д а я  ж е н щ и н а. Не успела ее… выхватить… Задохнулась… Умерла… (Плачет.)

Вбегает  В а л е н т и н а  А н д р е е в н а, за ней  З а х а р ы ч.

В а л е н т и н а  А н д р е е в н а. Умерла? Умерла? (Осторожно подходит к девочке.) Женя! Женечка! (Бросилась на грудь дочери.) Женечка! Женюрка! Вернись! А-а-а! (Рыдает.)

М о л о д а я  ж е н щ и н а (целует ребенка). Ишь как проголодался… Того гляди грудь проглотит. Тяни, тяни, чего смотришь?.. Ягодка… Радость моя…

З а х а р ы ч. Надо бы вам ее на лодку сразу. На воде воздух мягче, — глядишь, продержалась бы.

С л е п о й (Валентине Андреевне). Плачь… Плачь, милая. Никто тебя не осудит… Слезами вся боль выйдет.