П е р в ы й о ф и ц е р с в я з и.
В т о р о й о ф и ц е р с в я з и.
Т р е т и й о ф и ц е р с в я з и.
С к в о р ц о в — офицер связи.
Р а н е н ы й.
Ш а м р а й — подполковник.
А д ъ ю т а н т Д ы б и н а.
С в я з н о й.
В т о р о й с в я з н о й.
Р а с т е р я в ш и й с я б о е ц.
Х е н н е с — немецкий офицер.
Т а у б е — немецкий солдат.
Б о й ц ы, к о м а н д и р ы, ж е н щ и н ы, д е т и, р а б о ч и е з а в о д а.
З а х а р ы ч. Плачешь? Сигнальные огни ищешь? Похоронены… На ощупь иди. Теперь — на ощупь… А как пароходу без моих огней?.. Говорил начальству — слушать не хотят. Того — нельзя, того — не можем, этого — не имеем права.
Е г о р. Юльку не видал, Захарыч? Станки на паром грузить заканчивают. Последнее задание выполню, и можно ехать.
З а х а р ы ч. Как надрывается! Человек будто.
Е г о р. Решил, отец? С нами едешь?
З а х а р ы ч. С кем это с «вами»? Ты мне не зять покуда. Аль тайком обкрутились?
Е г о р. Поехали бы на Урал одной семьей. Не передеремся, чай…
З а х а р ы ч. «На Урал»! До Урала добраться надо. Я — лицо должностное. У меня имущества казенного рублей на триста. На кого брошу? «На Урал»! Кабы за десять верст… Нет-нет да и проведал…
Е г о р. Путь не ближний, верно.
З а х а р ы ч. То-то и оно-то… Это тебе, приезжему человеку, все одно — Царицын али Китай-город. А я, может, через год ослепну, ежели волжской водой умываться перестану. А Юльку не держу — не удержишь.
Вот она! Огни на Волге потухли, немец кровью Волгу замутил, а она горло дерет.
Ю л ь к а. Отец, все лодки отправила.
Е г о р. Где ты пропадала? Ехать скоро.
Ю л ь к а. Тихо, тихо, Егор Лексеич.
Е г о р. «Тихо»! Немец к городу прорвался. Все уезжают. А отец не хочет. Ему Волгу жалко. А нас — не жалко.
Ю л ь к а. Успокоился? И ему сейчас шепну словечко, и он станет добрый-добрый… Папаня, мы… пожениться мы решили…
З а х а р ы ч. Вчерашние это новости. Опоздала.
Ю л ь к а. Егор проболтался?
З а х а р ы ч. А то у отца-то глаза помутнели.
Ю л ь к а. А чего ж? Вчера сказал — еду, нынче — не еду.
З а х а р ы ч. Ты подлезешь, ерша те в бок.
Ю л ь к а. Погрузили станки?
Е г о р. Без меня закончат. На полчаса отпустили: за тобой, за стариком. Вещи взять.
Ю л ь к а. Как это все… сразу. Не верится.
Е г о р. Все когда-нибудь сразу случается. Поедем на Урал, работать станем, жить заново начнем.
Ю л ь к а. Почему так: кто бы на Волгу ни вышел, обязательно его на песню тянет?
Е г о р. Погрузка легче идет.
Ю л ь к а. А по мне, когда глядишь на Волгу, глазу и душе просторно делается. Вечером плывешь на лодке, вода тихая-тихая. Течет, течет… Смотришь, и будто вся жизнь перед тобой проходит… Вспоминается, что позади осталось, и думается, что впереди будет… И обязательно или слезы к горлу подступят, или петь захочется…
К о л я д а. Хлопцы, воды трохи не найдется свиженькой? Трэба в машине жару збавиты.
З а х а р ы ч. Воды найдем. Что там, за городом-то?
К о л я д а. Бой! А вас бомбами не трогает?
З а х а р ы ч. Волгу бомбит, а про город не слыхать.
К о л я д а. Це фриц думает город целым у лапы заграбастать… А ось як его раздразнимо — спалит, кат…
Ю л ь к а. Отец, не забудь костер погасить. Приказано Волгу в темноте держать.