На огненной черте полностью

Р а д и с т. Радиограмма из штаба армии.

К л и м о в (читает). «Немедленно высылайте боевое донесение». Радируй: будет!

Р а д и с т. Есть! (Ушел.)

К л и м о в (телефонисту). Поднимай Зойку, а сам беги, саперам помогай!

Т е л е ф о н и с т (снимает со спящей девушки шинель). Будить страшно. Как спит… Ишь, губами чмокает, улыбается…

К л и м о в. Не трогай. Иди… Я сам…

Телефонист ушел. Климов осторожно накрыл девушку шинелью.

С о к о л (входит). Товарищ полковник, комендант переправы и лодочник просят разрешения войти.

К л и м о в. Давай.

С о к о л. Входите!

Входят  к о м е н д а н т  п е р е п р а в ы  и  З а х а р ы ч.

З а х а р ы ч (без предисловий, Климову). Ну не безобразие, ты скажи?

К о м е н д а н т. Товарищ полковник…

З а х а р ы ч (коменданту). Погоди! (Климову.) Я опосля вчерашнего боя всех раненых не могу на ту сторону перекинуть, люди на глазах мрут, а он… этот… Отдай, вишь, ему эти две лодки.

К о м е н д а н т. Товарищ полковник, мне надо переправить с того берега сто сорок ящиков гранат, двести пятьдесят ящиков патронов.

З а х а р ы ч. Тебе патроны, а у меня люди кровью истекают. Не дам!

Климов на секундочку задумался.

К л и м о в (Захарычу). Ты перевезешь на тот берег всех раненых.

З а х а р ы ч. Слушаюсь.

К л и м о в (коменданту). А ты с того берега доставишь сюда все, что положено. (Захарычу.) Отвечаешь за каждого человека. (Коменданту.) За каждый патрон. Отсюда все лодки загружать ранеными, оттуда — боеприпасами. Ясно?

З а х а р ы ч. Мудро, ерша те в бок. И порожних рейсов не будет.

К о м е н д а н т (виновато улыбнувшись). Мозга за мозгу, товарищ полковник, зашла, такой ерунды не могли сообразить.

Захарыч и комендант уходят. Входит  Ж и л и н.

К л и м о в. Почему до сих пор боевое донесение в штаб армии не отправляешь?

Ж и л и н. Написано.

К л и м о в. Читай!

Ж и л и н (читает). «В результате пятидневных боев соединиться с отрезанным первым полком не удалось. К исходу сегодняшнего дня противник несколько раз пытался сбросить дивизию в Волгу. Все атаки отбиты, но дивизия понесла большие потери и в данный момент является небоеспособной. Прошу Военный совет оказать поддержку людьми или немедленно отвести дивизию на отдых.

К л и м о в. А название почему не указал?

Ж и л и н. Название — чего?

К л и м о в. Дома отдыха для дивизии.

Ж и л и н (обиженно). Это боевое донесение, товарищ полковник!

К л и м о в. Жалобная книга. (Рвет донесение.)

Ж и л и н. Я не понимаю…

К л и м о в. Что же, черт тебя возьми! Через три минуты дом штурмовать, а ты бумагу слезами мочишь? Принимал участие в разработке плана операции, а теперь хвостом виляешь?

Ж и л и н. План был составлен вчера. Со вчерашнего дня дивизия непрерывно ведет бой. Она потеряла две трети своего состава. Я буду говорить откровенно, Сергей Васильевич! Я привык говорить правду. Потеря отрезанного полка для нас с тобой очевидна.

К л и м о в. Полк в тыл к немцам послал я. Дальше?

Ж и л и н. Эта потеря…

К л и м о в. Крови пролито много. Знаю. Но задачу, поставленную командующим, я выполнил? Заданный рубеж держу? Короче — что ты предлагаешь?

Ж и л и н. Объяснить Военному совету всю серьезность обстановки, доказать, что полоса земли, на которой мы висим, не имеет ни стратегического, ни тактического значения, и просить разрешения вывести уцелевшие полки дивизии на доформирование. Они заслужили это большой кровью.

К л и м о в. А победа разве поцелуями дается?

Ж и л и н. До победы надо дожить.

К л и м о в. И ты смеешь, полковник, бросая город на растерзание фашистскому зверю, говорить о жизни?

Жилин порывается что-то сказать.

Молчи! Ты думаешь, наши бойцы меньше нас с тобой любят жизнь? Ради жизни они стоят и будут стоять здесь насмерть.

Ж и л и н. Если бы эти красивые слова прибавили нам тысячу бойцов…

К л и м о в (горячо). Ту самую тысячу, которую мы потеряли из-за того, что дивизии с ходу пришлось вступить в бой.

Ж и л и н. Я тридцать лет в армии и позволю себе напомнить, что если к началу выполнения боевой задачи командир лишается более половины своего состава, он обязан пересмотреть план операции или приступить к осуществлению последней только с санкции высшего начальства.

К л и м о в. Ты предлагаешь бежать?

Ж и л и н. Это крайности. Ты знаешь, дивизия находится в чрезвычайно тяжелом положении. Но ты не подозреваешь, насколько это положение катастрофично. В полку Зорина — девяносто восемь штыков. У Гончарова — сто тридцать штыков. Пульбат Дорохова почти весь выведен из строя. Полки истекают кровью. Всякой нагрузке есть предел.