Предчувствия Семёна Петровича, что поездка с коллегами на природу закончится для него большими неприятностями, полностью подтвердились. Хотя…
Я зло чертыхнулся, споткнувшись об очередную корягу, словно нарочно решившую устроить подножку измученному человеку, но, устояв на этот раз, как мне показалось, сумел ловко избежать лесной ловушки. Наивный, в этом зелёном аду всё было против меня, и в итоге нога по колено погрузилась в канаву, доверху наполненную водой после прошедшего недавно летнего ливня. Вылезти из неё получилось не сразу и по частям: то есть, сначала выбралась мокрая конечность в полосатом носке, а потом пришлось вылавливать новенький ботинок, испуганными криками прогоняя успевшую в него заселиться лягушку.
Я готов был разрыдаться от отчаяния, но горло уже охрипло от криков:
— Ау! Есть тут кто-нибудь? Помогите! ― покрытое волдырями лицо безумно чесалось от укусов ненасытных кровопийц-комаров, ободранные руки устали отмахиваться от них и других не менее противных насекомых, а ноги… О, мои бедные уставшие ноги ― они еле двигались после многочасового незапланированного марафона по совершенно дикому лесу, в который меня занесло из-за собственной глупости…
Впрочем, по порядку. Я ― абсолютно городской человек, и мне чужды все эти развлечения на природе: походы с неподъёмными рюкзаками, сплавы по бурным рекам, карабканье по горам… Нет уж, увольте, я лучше посижу у телевизора, съезжу к друзьям на дачу или, в крайнем случае, покатаюсь на велосипеде по дорожкам ухоженного городского парка.
Но когда Леночка ― этот прекрасный зеленоглазый ангел, подошла ко мне на прошлой неделе, радостно сообщив, что в ближайший выходной мы всем отделом выезжаем в лес на потрясающий корпоратив, посвящённый Дню рождения компании, где сможем прекрасно отдохнуть от городской суеты и утомительной работы, дал слабину… Красотка хлопала длинными ресницами и, мило картавя, улыбалась:
— Вы ведь поедете с нами, Семён Петрович? Я буду очень рада…
Неудивительно, что я проиграл, даже не начав сопротивляться, ведь, к своему стыду, мечты об этом воздушном, совершенно неземном создании уже давно поселились в моём одиноком сердце. Поэтому, не задумываясь, ляпнул:
— Конечно, Леночка, разве можно отказаться, если
Наградой очарованному дураку стал её жизнерадостный, многообещающий смех. Но я недолго парил в облаках почти юношеской влюблённости: уже дома, хорошенько всё обдумав, понял, что меня ждёт непростое испытание. Однако даже и в кошмаре не мог представить, во что выльется это поспешное, опрометчивое согласие…
Хотя вначале всё было совсем неплохо ― автобус привёз нас на поляну в светлом берёзовом лесу, где уже всё было подготовлено, включая накрытые столы. Настроение у сослуживцев было приподнятое и после нескольких тостов за процветание любимой компании стало ещё лучше. Я тоже расслабился, потому что Леночка была совсем рядом и весело поглядывала в мою сторону.
Неприятности начались после того, как мне понадобилось ненадолго
Под ногами скрипели сухие ветки, пружинил мох, и я решил немедленно повернуть назад, к «своим». Но, немного покрутившись, понял, что потерял дорогу, а ориентироваться на местности никогда не умел. Припомнив всё, что когда-то слышал на уроках географии, попытался применить остатки знаний на практике, а в результате, искусанный налетевшей мошкарой и усталый до дрожи в ногах, намыкавшись, очутился у достаточно глубокого оврага, широкой полосой уходившего куда-то вдаль…
Самой большой удачей на сегодня было то, что мне повезло наткнуться на маленький чистый ручей и утолить жажду. Но на этом везение, кажется, закончилось: связи тут не было, а на жалобные крики и мольбы о помощи отзывались только изредка пролетавшие мимо насмешливые сороки…
Усталость быстро расправилась со мной, да так, что и сам не заметил, как задремал, свернувшись клубочком у корней какого-то дерева. А проснулся, когда солнце уже опустилось довольно низко, что означало ― не за горами сумерки и ночь. В итоге я, совершенно измотанный и потерявший надежду, без сил пялился на овраг и, наконец, выругавшись, встал, решив идти по нему, пока ещё светло…
В животе урчало, и, сорвав немного травы, морщась, попытался её жевать. Это оказалось большой ошибкой, и пришлось долго отплёвываться, что не улучшило и без того отвратительного настроения. К тому же, я чуть не утопил ботинок, и последнее происшествие переполнило чашу моего терпения. Сам не знаю зачем, с трудом вскарабкался на вершину крутого оврага, собираясь то ли оглядеться, то ли ещё раз пугнуть лесных обитателей своими отчаянными криками.
Но на этот раз для меня мелькнул лучик надежды, вернее, это был мерцающий невдалеке огонёк костра, и, обрадованно бормоча:
