– Не понимаю, – пропускаю ее яд мимо ушей, хотя задевает, солгу, если скажу, что она не знает, по каким точкам бить. – Что мешало тебе сказать о квартирах тем мужчинам, которые тебе нравились? Возможно эти «драные платья», как ты говоришь, никуда бы не убегали?
– Ты. Опять же, – заверяет Ольга. – Уж слишком они за тобой торопились. Не все догнали – это я в курсе событий. Но все же пытались догнать.
Качаю головой, чтобы не слышать все это, забыть, поскорее уйти, и не пересекаться еще с одним своим прошлым.
– Спасибо, – улыбаюсь девушке, которую еще полчаса назад считала лучшей подругой, а не скрытым врагом. – Незабываемое поздравление с днем рождения.
Она кивает, как будто и правда сделала что-то приятное. Окидывает меня снисходительным взглядом, и вместо того, чтобы тоже уйти – высказалась, словила аплодисменты из изумления посторонних людей, толку и дальше сидеть за пустым столиком?
Она садится обратно, распрямляет подол платья и награждает меня счастливой улыбкой.
– Тебе спасибо, подруга, – отвечает с елейной улыбкой. – Теперь, когда ты уезжаешь, мне не нужно ни притворяться, ни ревновать.
Нет, я не буду спрашивать, чем вызвана еще и ревность. Не выдержу еще одного водопада из жалящих ос. Я знаю четко, что ревность не имеет никакого отношения к мужчине, которого я люблю, а все остальное…
Я замираю.
Сердце начинает биться так громко, что я не слышу того, что говорит дальше Ольге. Я слушаю то, что пытается донести меня этот бешеный стук, который рад тому, что пробился ко мне, рад, что его не только услышали, но и поняли правильно.
– Самое главное, Даша, – Ольга тянется за платком, который мне подарила, но который я оставила на столе, помахивает им, потом примеряет к себе. – Ты не заешь самого главного.
– О том, что теперь этот платочек ты будешь носить вместо меня? – усмехаюсь и делаю шаг, чтобы уйти, но…
– Я не просто познакомилась с Костиком первой, – говорит мне вслед Ольга. – Я с ним первой переспала!
Обернувшись, по-новому смотрю на девушку, которую так и не узнала за одиннадцать лет. Слишком ловко она научилась приспосабливаться, мимикрировать, притворяться ужом вместо другого, более опасного вида змеиных.
– Так вот в чем причина на самом деле… – доходит неожиданно до меня. – Тебе просто нужен был Костя.
– Просто! – фыркает она обиженной кошкой. – «Просто» он нужен был тебе. Вон как ты быстро утешилась. А у меня к Косте серьезные чувства, и теперь, когда ты уедешь… Сначала я все хотела испортить, поссорить тебя и твоего этого… Но теперь мне плевать, потому что ты сама его бросишь! А мы с Костей снова…
– Желаю удачи, – обрываю поток откровений, которые мне уже не нужны. – Правда, надеюсь, ты не забыла, что у этого «платья» уже есть жена. У которой куда лучше с недвижимостью. И если в отношениях с мужчинами, как ты говоришь, это самое главное, боюсь, максимум, что тебе выпадет – это лишь изредка, да и то в будний день, залатывать «дыры».
Ольга собирается что-то ответить, взгляд горит такой неприкрытой ненавистью, что сейчас было бы глупо спрашивать, что она ко мне чувствует. А потом снова прибегает к тактике хамелеона, и изображает улыбку милой, доброй, наивной девушки.
Но этот концерт уже без меня.
Хватит, наслушалась, да и не до нее теперь. Тут бы с собой разобраться, понять, убедиться, что не показалось, и то, что я чувствую к мужчине, от которого собираюсь отгородиться километрами и другим городом, это…
Я успеваю сделать только два шага от столика, когда на террасу практически вбегает запыхавшийся Костик.
Не обращаю на него внимания – он не ко мне. Пусть идет к той, которая готовилась к этой встрече, которая ждала его столько лет и ради которого мелко, но каждый день предавала.
Но попытка обойти Костика, с треском проваливается.
Он преграждает дорогу.
И вместо приветствия буквально впихивает мне в руки огромный букет, который по дороге (не знаю, где так долго носило Костика и что его задержало) успел потерять как минимум горсть лепестков.
– Дашка! – видимо, решив, что мало огорошил меня своим появлением и этим букетом, радостно восклицает он. – Я так рад, что ты меня пригласила, что ты одумалась, что все поняла…
– Не дури хоть ты, – тяжко вздыхаю и пытаюсь избавиться от цветов, которые жутко меня раздражают. – Это не я тебя пригласила, а Ольга.
– Да, знаю, – кивает он, продолжая так широко улыбаться, словно планирует меня ослепить блеском зубов. – Но это ведь ты меня захотела увидеть!
– Не я. Более того, – поясняю хоть этому человеку элементарные вещи, – если бы я знала, что ты будешь здесь, я бы точно не приходила.
– Да ну… – сомневается он. – И что, хочешь сказать, что все это время ничуть не скучала, ничуть не думала, как хорошо нам было раньше с тобой и не хотела хоть раз повторить?
А мне неожиданно становится так смешно, что я не могу удержаться. Такая самоуверенность, такая убежденность в том, что мне было с ним хорошо! Не удивлюсь, если в этом его давным-давно убедила именно Ольга. Вот и пошел мальчик дальше, чтобы не только одной девушке, а и другим было с ним хорошо.
