Возвращение в сознание было болезненным, я ощутила холод между ног, а потом резкую боль там же. «Нет, нет, нет!!! Я не хочу. Боже, нет». Я приоткрыла заплывший глаз, Даня со сладостным видом прикрыл глаза, и двигался во мне. Мой взгляд упал на шар для бильярда, он лежал рядом с моей рукой, под креслом. Я накрыла его рукой, и, ощутив его холодную поверхность в ладони, крепко сжала. «Сейчас или никогда». Резким движение я ударила шаром прямо в голову своему насильнику, попав где-то между виском и лбом. Он болезненно вскрикнул, и, пошатнувшись, упал на меня. Времени на раздумья нет, оттолкнув его с себя, я вскочила, но боль в правом боку, замедлила мои движения. Верх платья, разорванный напополам, болтался внизу, вытащив крупные осколки стекла из кожи, я подтянула его вверх, прикрывая грудь. И тут я увидела, что Даня приходит в себя, вариантов не было, кроме как бежать, быстро, без оглядки! И я побежала, выскочив из библиотеки, я понеслась к двери, которая оказалась не запертой, бросившись бежать босиком по снегу. Подальше от этого дома, от Дани.
Я бежала недолго, силы меня покидали, раны ныли, боль внизу живота не унималась, ноги окоченели, а кожу жгло от мороза и ветра. Ни телефон, ни шубу я не захватила, и сейчас молила Бога, чтоб хоть кто-нибудь встретился мне и вызвал скорую и полицию. Я понимала только одно, если он меня догонит, это будет конец. Перед глазами замаячили круги, сначала черные, потом почему-то желтые: «Машина, там впереди едет машина»- откликнулся мой разум. Когда машина затормозила около меня, и из нее выскочил мужчина, чем-то знакомый, я окончательно потеряла сознание, у него на руках…
Глава 3
Возвращение в реальность было болезненным, и физически и морально. Сначала сквозь пелену и вату ко мне ворвались голоса: мама плачет, папа ее успокаивает.
-Почему она не приходит в себя,- всхлипывая после каждого слова, спросила мама.
-Дайте ей время,- ответил незнакомый мужской голос,- она пережила сильнейший стресс, к тому же потеряла много крови. Еще и обморожение ног, это все вместе, серьезный стресс для организма. Неизвестно каково будет ее психологическое состояние, когда она очнется. Всему свое время, остается только ждать.
-Ну почему это случилось именно с нашей девочкой, где мы так нагрешили, за что она?!- мама плакала, а мне так хотелось ее успокоить, но я не могла даже открыть глаза, вместо этого я опять впала в сонное забытье.
В себя я пришла на третьи сутки. Просто распахнула глаза, и все события последней ночи, что я помню, калейдоскопом замелькали перед глазами. Захотелось вновь закрыть глаза и не открывать их. Было больно, страшно, унизительно, холодно, мерзко. Я опасливо посмотрела, где я, и пришла к выводу, что в больнице. От моих рук и головы шли какие-то провода, к приборам и капельницам. Мониторы пищали, что-то капало мне в вену. Палата была белая и очень светлая, прямо напротив кровати висел телевизор, рядом с кроватью стояла тумбочка, на которой стояли розы. Рядом находились два стула. Но оглядеть обстановку до конца мне помешали: без стука в мою палату вошел незнакомый мужчина, от его появления, или от осознания, что мы в палате вдвоем на меня накатила волна первобытного страха. Я вжалась в кровать, и непроизвольный крик вырвался из меня. Тут же в палату залетел папа.
-Юленька, доча, это я,- папа. Родная успокойся. Тише- тише,- шептал мне отец, а я не могла оторвать взгляда от мужчины.
-Добрый день, Юлия Андреевна. Я ваш лечащий врач-Александр Константинович. Я не причиню вам вреда. Не бойтесь меня. Как вы себя чувствуете?
-Не знаю, голова болит, да и вообще все тело ломит.
-Что последнее вы помните?
А вот этот вопрос вызвал во мне дрожь, страх начал подниматься откуда-то снизу и липкими лапами смыкаться на моем горле, вызывая удушье. Я не поняла, как начала плакать и кричать, откуда в палате появилась медсестра, и что мне вкололи в вену, но на меня вдруг нашло умиротворение, а за ним и сон.
Следующее мое возвращение в сознание было уже не таким болезненным. Рядом с моей кроватью дремала мама, вид у нее был ужасный. Темные круги залегли под глазами, минимум косметики, платье все то же, что и прошлый раз. Я осмотрела себя, капельницы больше не было, и датчиков тоже поубавилось. Значит, мое физическое состояние улучшилось. Я легонько погладила маму по голове, от чего он сразу проснулась.
-Привет, родная. Как ты себя чувствуешь? Врача позвать?
-Нет мам, не надо никого звать,- мне было тяжело, но я должна была спросить,- мам, ты знаешь, что со мной произошло?
Я была бы счастлива, не помнить, что со мной произошло, но я помнила. Все. Эти воспоминания были очень яркими, казалось, закрой глаза, и можно физически их ощутить.
Мама посмотрела мне в глаза долгим, полным боли и отчаяния, взглядом.
-Да, Юленька, в общих чертах, и со слов полиции, мы в курсе, что с тобой произошло.
Мне стало так стыдно и горько, что слезы полились из глаз, и я отвернулась от мамы.
-Юля, Юля, солнышко, не отворачивайся от меня, мы тебя ни в чем не виним, родная, не плачь. И мама крепко меня обняла.
