— Где-то в хранилище, — ответил доктор. — Среди им подобных. Некоторые, с плюсовым воздействием, продает. Но все только на благо академии! Да, есть вероятность, что из-за неосторожных раскопок дух Дугласа Мактрау был потревожен, но, с-судя по тому, что вы рассказали, там стояла двойная защита. Был проведен ритуал. Как там вы говорили? Враг преклонит колени? Проклятое дитя отдаст плоть? Нас-сколько я могу с-судить, Мактрау запечатали заклинанием. Минус заклятий в том, что всегда есть обратное. В каждой двери должен быть ключик. К Мактрау сделали максимально с-сложную отмычку, но вот, гляди ж ты, сработала.
— А можно его как-то упокоить с концами? — спросила с надеждой я.
— Его кости давно истлели, так что очищение огнем тут не поможет, — задумался Шменге. — Однако можно проследить, чтобы никто не преклонял колени на месте захоронения. Ну и вашему вервольфу лучше туда не ходить. Я могу присмотреть за могилой ночью, а дневные с-смены на вас, Кассандра.
— Звучит логично, — кивнула я и, слегка смущаясь и понизив голос, спросила: — А у вас есть что-нибудь противозачаточное?
— С-сейчас поищем, — невозмутимо ответил Шменге.
***
— Похоже, курировать бал — твоя тайная мечта.
— Что? — встрепенулся Чес.
— Сияешь как медный таз, — пояснил ректор. — А ведь я всего-то сказал, что ты будешь следить за порядком на студенческом балу.
Чес покивал, пытаясь состряпать серьезное выражение лица, но глупая ухмылка предательски растягивала губы.
Он занимался любовью с Кэсси Рок. С той самой Кэсси, которую считал недостижимой мечтой, которую готов был и дальше обожать на расстоянии. Но дистанция между ними максимально сократилась. Их притянуло друг к другу словно магнитом, и это было похоже на большой взрыв.
Больше всего Чесу хотелось забаррикадироваться в доме с ней вместе и не выходить как минимум до следующей осени. И пусть все восставшие некросы идут лесом.
Однако то, что рассказала Кэсси, дарило надежду. Пусть слабую и зыбкую, как рисунок на песке у края прибоя, но вдруг упокоение первого вервольфа снимет проклятье со всех его потомков?
Похожие случаи были. Вот, к примеру, эпидемия толстощекой поносицы. Стоило провести обряд над могилой ведьмой, пустившей проклятье, — и все заболевшие исцелились.
Но Дуглас Мактрау не какой-то там банальный зомбяк. Его кости давно истлели, остался лишь дух, мытарь.
После педсовета Чес задержался и подошел к ректору.
— Даже не проси, Гроув, — пробурчал тот. — У тебя и так расход умертвий в два раза выше чем у прошлого боевика. Все, закончились. И монастырское кладбище я тебе не дам раздербанить. Жди новых поставок с границ. И вообще, каникулы!
— Что вы знаете о колесе времени?
— А что? — заинтересовался Альберт Форест, оторвавшись от бумаг.
Чес верил Кэсси, она знала и про игрушечную овечку из детства, и даже в какой тумбочке у него дома лежат деньги, но ему нужна была другая информация.
— Его охраняет мытарь, верно?
Ректор вздохнул.
— Вроде бы, — грустно сказал он. — Увы, я могу опираться лишь на жалкие крупицы сведений, оставшихся из давних времен. А ведь так славно было бы: сохранился в определенный момент, а потом живи да пробуй разные пути. Я уж молчу про биржу, ставки на ипподроме, колебания цен… Колесо времени — штука заманчивая, но опасная. По принципу действия это скорее пружина: так и манит вернуться и пережить все по-новому. Я вот сужу по себе: если бы была возможность исправить ошибки, я бы это сделал. Там промолчал, тут наоборот — высказал, а где-то выбрал другую женщину…
Он грустно хохотнул. Альберт Форест давно был в разводе и к дамам с тех пор относился с прохладцей.
— Но бывает же, что все идеально, — попытался возразить Чес.
С Кэсси Рок так и было. И мысль о том, что она запустит колесо снова, пугала его чуть ли не сильнее возможной смерти. Если она это сделает, он забудет все, что между ними было: как она его целовала, как стонала в его объятиях, и как потом сидела на его кухне и ела омлет — и это тоже было прекрасно.
— Зачем тебе это? — спросил ректор.
— Готовлюсь к следующему семестру, — соврал Чес.
— Понимаю, — покивал Альберт. — Хочешь привлечь внимание студентов неизвестными фактами, забавными случаями…
Чес мог бы рассказать много забавного: о том, что ректор использует старое кладбище как месторождение артефактов, о жульничестве на скачках, о вампире, свившем гнездо в лечебнице. Но… кто без греха?
— Я бы вовсе решил, что колесо времени — выдумка, — вздохнул ректор. — Но в женском монастыре, на кладбище которого ты периодически покушаешься, сохранились записи, свидетельствующие о его существовании. Оно как будто показывается только женщинам, — добавил недовольно. — Так что тебе ничего не светит. Живем лишь раз, Честер. Без права на ошибки. К слову, ты еще не сдал списки студентов.
— Одна студентка под вопросом, — ответил Чес. — Дайте еще два дня.
Так мало — для того, чтобы решить проблему и найти злодеев, поднимающих древнего духа, и так много — целых два дня неопределенности и невозможности предложить Кэсси что-то большее, чего она несомненно заслуживает.
