Я сузил глаза, борясь с подступающим к горлу смехом, потому что твёрдо помнил первую заповедь: «На кузена Ксо нельзя обижаться: любой всплеск эмоций будет использован им против тебя самого».
— Ты хочешь именно такой благодарности?
— А что? Занятно было бы увидеть представление вроде того, что ты устроил для Смотрительницы!
Приподнимаю левую бровь. Ах вот как… Он тоже знает? Быстро же распространяются сплетни и слухи. Куда быстрее, чем правдивые слова.
— Будет настроение, покажу.
— Ловлю на слове! — Он одним быстрым движением снова оказался на ногах и потащил меня за локоть к дверям. — Но об этом поговорим позже… Завтра жду тебя с визитом. Официальным!
— А почему завтра?
— Потому что сегодня у тебя другие дела!
— И где же именно ты расположился?
— Спросишь у своего эльфа: он знает! — небрежно бросил толстячок, увлекая меня в лабиринт тайных и не очень, но весьма немноголюдных переходов.
— Эльф вовсе не мой!
— Тебе виднее…
От скачки по лестницам и коридорам я отошёл, только вдохнув чистый морозный воздух: Ксо вывел меня в город за пределами дворца — в одном из закутков рядом с Дворцовой площадью, где… меня уже ждали.
Мэй. С плащом — подарком «дядюшки Хака» в руках.
Целый вдох эльф смотрел на меня с совершенно необъяснимым выражением, потом сделал шаг вперёд и… Залепил мне пощёчину. Очень сильную. Хлёсткую. Обжёгшую лицо. А ещё спустя вдох всхлипнул и повис у меня на шее, обхватив руками так крепко, будто боялся, что я растаю под лучами смеющегося над нами солнца.
— Не буду мешать, — хихикнул Ксо, исчезая за дверцей потайного хода.
— Мэй… отпусти меня, пожалуйста… Мне больно…
— Больно? — Он чуть отстранился, но рук не разжал.
— У меня треснули рёбра…
— Из-за меня? — Пугливое смущение.
— Нет, благодарение богам! По другой причине… Хотя и из-за тебя тоже.
— Тебе надо поскорее лечь в постель!
— Когда ты был настоящим? — спросил эльф, удобно расположившись в глубоком кресле.
— Настоящим? — Я недоумённо сдвинул брови.
…К счастью, участи быть прикованным к постели на ближайшее время удалось избежать: мне милостиво позволили передвигаться по дому в своё удовольствие, но выходить без сопровождения на улицу — ни-ни! Как заявил сам Мэй: «Стоило оставить без присмотра на пять минут, и он успел ввязаться во все возможные неприятности!» Сказано было, конечно, в шутку, но кто поручится, что Истина не любит смеяться?
— Ну да, настоящим! Тогда или сейчас? — настаивал эльф.
— Уточни, что именно ты хочешь узнать.
— Зачем? Боишься рассказать лишнее? — Лиловые глаза насмешливо сощурились.
Боюсь? Нет, мой милый ребёнок. Если только… Бояться стоит за тебя. То, о чём я могу невзначай проговориться, способно навсегда изменить отношения между нами. И не в лучшую сторону, к сожалению… Не хотелось бы усложнять и без того запутанную жизнь.
— Лишнее потому и называется лишним, что не обязательно должно быть известным, — строго заметил я. — Так что выражайся точнее: что тебя интересует?
— Экий ты… — с притворной обидой вздохнул Мэй. — Скучный.
— Помнится, я не подряжался быть шутом, lohassy. — Пришлось слегка охладить тон голоса, чтобы настроить собеседника на серьёзный лад. Помогло, эльф немного помолчал и спросил уже конкретно:
— Как ты по-настоящему выглядишь?
Ох… И что же ответить? По-настоящему… Ты ударил в самое уязвимое место, мальчик. Придётся отшучиваться и громоздить горы недомолвок.
— Примерно так же, как и сейчас.
— Так же? Хочешь сказать, что всё время бреешь голову?
— Нет, конечно!
— И какого цвета у тебя волосы?
— Тёмные. Относительно.
— А глаза?
— Ты же их видел!
— Зелёные?
Разговор двух полоумных, не находите?
— Зелёные, зелёные… — Я подошёл к окну и тоскливо взглянул на заснеженный парк.
И почему мне так грустно? Всё ведь идёт лучше некуда: никто не умер, кузен Ксо взял меня под своё покровительство, эльф окажется во дворце… Кстати, зачем?
— Моя внешность, конечно, тема весьма интересная, но есть вопросы позанимательнее. Зачем тебе нужно попасть во дворец?
— Почему ты спрашиваешь? — насторожился эльф.
— Во-первых, из любопытства…
— Врёшь!
— Неужели?
— Если бы тебя мучило именно это чувство, ты бы давно прижал меня к стенке и заставил ответить… Я прав?
Не отвечаю, но по невольно тронувшей мои губы улыбке Мэй понимает, что угадал, и это ему льстит.
— Во-вторых, — продолжаю, — потому что несу ответственность за тебя перед твоим братом…
— Ну, Кэл, может, и считает, что я ещё ребёнок, однако Совет решил иначе. Мной не нужно командовать. — Эльф громит мои оборонительные порядки.
— В-третьих… Ты отправишься во дворец только благодаря мне, и на этом основании я имею право требовать отчёта. Хотя бы в целом, если детали представляют собой страшную тайну.
— Ну-у-у-у… Тут возразить не могу, — кивает Мэй. — Имеешь право.
— Итак?
— Из поколения в поколение в семье потомственных властителей Западного Шема передаётся способность управлять артефактами. Иногда она проявляется сильнее, иногда — почти незаметна… Старший принц тоже отмечен этой способностью, но существуют некоторые… сомнения, что он сможет
— И?
