Огромными шагами я преодолевал последние метры до желанной двери, за которой меня ждала Ангелина. Я знал, что ждала и от этого сердце билось быстрее. Не замечал ничего вокруг: ни тёплого весеннего воздуха, наполненного запахами свежих цветов, ни пения птиц, задорно воркующих на деревьях, ни весёлой шпаны во дворе, гоняющей футбольный мяч, ни даже шокированных взглядов старушек, сидящих у дома и явно не ожидавших, что я пробегу мимо, не поздоровавшись. Всё было не важно. Только Ангелина и моё твердое намерение здесь и сейчас сделать ей предложение.
Даже не хотел брать трубку, когда телефон в кармане настойчиво звонил. Глянул на экран. Ярослав. Мой верный друг и товарищ на службе. Конечно взял. И совершил самую огромную ошибку в своей жизни.
— Кир, выручай, — с ходу начал Ярослав. — Мои куда-то укатили, а ключ не оставили. Завтра будут. Короче, мне переночевать негде, — подытожил он.
— Ну приезжай, — не совсем радостно сказал я.
— Тебе неудобно? — заметил он. — Я могу и…
— Нет, всё в порядке, — поспешил я оправдаться перед другом. — Просто дела нарисовались, спешу. Адрес помнишь?
— А я уже у тебя во дворе, — сбил меня с толку Ярослав. — На такси приехал. Я звонил раньше, ты трубку не брал.
Пока я добирался общественным транспортом, мой друг рассекал на такси, явно опережая меня. И я был бы рад разделить с ним время вне казёных стен, но только бы не сегодня…
— Поднимайся на третий этаж. Я сейчас буду, — быстро отчеканил я и бросил трубку.
Зная, что меня под дверью ждал друг, решил смотаться открыть ему свою квартиру, чтобы тот мог войти и отдохнуть. Ведь с дороги устал нереально. По себе знал. Да и я бы потом уже не спешил с Ангелиной и смог бы провести с ней столько времени, сколько захотелось бы. А хотелось очень много.
Благо мы с Ангелиной жили совсем близко. Бежал я, что было мОчи. Спешил. Добрался до Ярослава и открыл ему квартиру. Дома никого не было. Родители работали. Быстро всё ему показали хотел уже уходить, как в дверь позвонили. Так робко, что моё сердце ёкнуло в догадке. Это она.
— Чего застыл, — с ухмылкой спросил друг, — В дверь звонили. Откроешь?
— Д-да, конечно, — я будто чувствовал, что сейчас случится непоправимое, поэтому ноги словно приросли к полу, а руки совершенно не слушались.
— Может давай я? — спросил Ярослав и сделал шаг к двери.
— Нет! — слишком резко отрезал я. — Я сам.
Подошел к двери и под нарастающий бит моего сердца медленно открыл дверь. Щелчок замка. Тихий скрип. «Нужно смазать петли» — зачем-то пронеслось в моей голове. Дверь медленно открылась, и я увидел ее. Ну конечно, это была Ангелина. Кто же ещё?
Ангелина стояла вся растрепаная, раскрасневшаяся. Она что бежала? Это совершенно не свойственное состояние для нее. О спешке говорили и горящие непривычным блеском глаза. Грудь высоко и часто вдымалась, подтверждая мои догадки.
— Привет, — робко сказала она.
— Здравствуй, — сипло ответил я.
— Я в окно увидела, что ты зашел в подъезд, — ее нежный голок прерывался на глубокие вдохи. — А потом выбежал, — щеки Ангелины стали еще ярче, а реснички затрепетали. — Я подумала… Я испугалась…
Она вдруг запнулась. Я продолжал стоять истуканом и поедать ее родные черты жадным взглядом. Пальцы свело от желания прикоснуться к ней, прижать к груди, где, словно дикое, хаотично носилось сердце.
Как только мой ступор сменился действиями. Руки дрогнули, ноги сделали шаг…
— Ой… Ты не один… — ее встревоженный взгляд стал неловким и переместился за моё плечо. В груди что-то оборвалось, тонко звеня. Ярослав ведь мой друг, товарищ, он не посмеет…
— Ярослав, — низким басом произнес он, — А как зовут тебя, Ангел?..
Так началась их история, в которой я оказался третьим лишним. Нет, я сдался не сразу. Долго пытался тормозить этот процесс, но видимо их тяга друг к другу была сильнее. И я бы пободался с Ярославом за сердце любимой девушки, если бы сам не видел, какими глазами она смотрела на него. С первого дня. На меня она так не смотрела никогда. Да, любила. Да, скучала. Но я для Ангелины был всегда другом, братом.
Было очень тяжело и больно, но я отступил. У нас с Ярославом состоялся непростой разговор, из которого я сделал для себя самые главные выводы. Он любил Ангелину не меньше моего. Не так долго, но так же сильно. И был готов ради нее на всё. Тогда я потребовал с друга слово, что он никогда не обидит ее, и Ярослав сдержал его. Они и по сей день вместе, счастливы. А я хоть и переступил через себя, растоптав своё сердце и душу, поступил верно. Рядом со мной ее глаза бы так не светились.
Тогда я сорвался во все тяжкие. Топил свои бьющиеся в предсмертных муках надежды на счастье с Ангелиной в литрах алкоголя и несчетном количестве ничего незначащих для меня девушек. Это помогало на время забыться, представить, что жизнь без нее возможна. Но наступало утро и вместе с трезвостью приходило отчаяние и невыносимая боль.