— Ты взял на себя такую ответственность, хотя мог не делать этого, — её брови сошлись на переносице, а руки продолжали своё дело. — Не каждый способен на такой поступок. Взять чужую невоспитанную взрослую собаку и с первых дней так ею заниматься… Я… — Лера замялась, взглянув на меня полным благоговения взглядом. — Я восхищаюсь тобой…
Её голос перешел на шёпот, а я не удержался. Продолжая одной рукой придерживать Зевса, другой зарылся в нежные как шёлк волосы Леры, притянул к себе и впился в приоткрытый рот жадным поцелуем. Её губы оказались такими нежными и податливыми, что я потерял контроль. Углубил поцелуй, дурея от её отдачи. Она словно воск таяла в моих руках, разогреваясь до нужной мне температуры.
Так! Стоп! Я сказал руках? Да, я уже и сам понял, что в какой-то момент вторая рука последовала за первой, изучая, запоминая нежные изгибы шеи и бархат кожи. А понял это, потому что Зевс, будь он неладен, рванул на долгожданную свободу!
— Зевс!!! Я убью тебя! — проорал я севшим голосом и рванул следом за ним.
Пока я его поймал, он выпачкал всего меня в мазях и порошках. Вот же Чёрт! Лера стояла в дверном проёме, облокотившись на него, и тихонечко посмеивалась. Ну держись, ведьма, и до тебя доберусь.
— Не тащи его, — прыснув от смеха, сказала она, глянув на мои потуги сковать долго копившего силы здорового кобеля. — Я сейчас всё принесу и закончим здесь.
— Спасибо, — задыхаясь ответил я. — А с тобой мы позже поговорим! — пригрозил черному бесу. — Предатель!
Лера быстро закончила со всеми манипуляциями и мы снова отвели его в клетку. На свободе его оставлять было категорически нельзя. Чрезмерной активностью он бы только навредил самому себе.
— Знаешь, у него всё прерасно заживает, — тепло улыбнулась Лера. — Швы на месте, а это главное, — она подошла совсем близко, разгоняя моё сердце всё быстрее, и провела пальцем по щеке. — Ты весь грязный. И в шерсти…
Намёк понят.
— Я быстро, — несвоим голосом прохрипел я и ломанулся в ванную.
Со скоростью света стянул с себя вещи, включил воду и вдруг услышал голос Леры.
— В дверь звонят! — сквозь шум льющейся воды прокричала она.
— Кого там принесло, — пробурчал сам себе. — Открой, пожалуйста!
В списке смертников пополнение. Зевс теперь не одинок. Быстро домылся, наспех обтёрся и, намотав полотенце на бедра, вышел из ванной.
Картина, которая предстала перед моими глазами, заставила сердце пропустить удар. А после оно понеслось голопом, в преддверии наступления апокалипсиса. Все надежды мигом рухнули, превращая в руины то, что мы только начали строить.
Нет, Лера! Не делай этого! Не уходи!
Валерия
Под ребрами натянулась невидимая струна, обещая вот-вот лопнуть и причинить тем самым мне нестерпимую боль. Глупая улыбка на моём зардевшемся от смущения лице сменилась оцепенением и надвигающейся болью и отчаянием. Вся краска сошла с щёк, делая кожу болезненно бледной.
Всему виной была божественной красоты высокая девушка, которая стояла у дверей квартиры Кирилла. Она словно только сошла с подиума, а я вылезла из кустов, прыгая по газону за собакой. Такой резкий контраст причинил практически ощутимую боль. Снова это чувство некчёмности. Я так от этого бежала, зарывалась, а всё равно оно меня настигло.
— Привет, — начала она, потому что я продолжала молчать, медленно умирая. — Кирилл дома?
Девушка прошлась по мне пренебрежительным взглядом и брезгливо изогнула верхнюю губу. Я же чувствовала, что сейчас произойдет взрыв, который не оставит камня на камне.
— Он в душе, — неживым голосом сказала я. — А Вы…
— Я его девушка, — убила она последние крохи надежды на благоприятный исход этой встречи. — Мы с Кирюшей немного повздорили. Но я решила простить его. Потому что люблю, — колотила она меня с каждым словом всё сильнее, хотя я и так была разбита. — Больше в утешении он не нуждается, поэтому, — ее взгляд стал холодным, а в голосе послышалась сталь, — Пошла вон отсюда!
Шокированная, я не могла пошевелиться. Стояла ни жива, ни мертва. До чего же мне было больно. И стыдно. Между нами ведь не было ничего. Кроме поцелуя. Но могло быть. Вот прям сейчас. Мы ведь оба это понимали.
— Что вылупилась? Я говорю, вон пошла! — нагло вопила она и без позволения вошла в квартиру, толкнув меня рукой в плечо.
И только сейчас я отмерла. Оживилась на время боя, чтобы всё равно потом умереть. Погаснуть. В моём взгяде полыхнул огонь, и только я набрала полную грудь воздуха, как из ванной вышел Кирилл.
Он не видел стоящую рядом девушку, хотя она была в поле его зрения. Он смотрел только на меня. Господи, он сейчас был таким красивым. Капли воды стекали по влажному подтянутому телу. Широкие плечи напряглись, делая мышцы еще более явными и манящими коснуться их.
Что это за проклятие? За какие грехи я заслужила это всё? Я готова их искупить, только пусть не будет так больно. Пожалуйста…
Кирилл сделал шаг ко мне, я же отшатнулась назад. По щеке скатилась горячая слеза, а тело начало бить мелкой дрожью. Нужно бежать. Бежать от сюда. От него.