— Девочка моя. Ты большая умница. Я даже представить себе не могу, как ты выдержала все, что пришлось на твою долю. Сейчас же тебе и вовсе особенно тяжело: все вокруг новое, даже твое тело, а попала ты явно не в мир светлых богов… Но пойми, все ошибаются. Мне ли не знать, — и я горько усмехнулся. — Только без ошибок не бывает дороги, а без нее — побед. Ты справишься. А я тебе помогу. Если ты захочешь.
Легкий кивок в ответ — я на него, честно говоря, не рассчитывал.
— Ты меня действительно подвела, но не сейчас! — надавив голосом, не дал ей расплакаться снова. — Я понимаю, изначально ты хотела помочь, и действительно защищала в том числе и мои интересы. Более того, сложись ситуация иначе, плохого ничего бы не было. Просто случайность, — я опять грустно вздохнул. — Не понимаешь?
Слезы высохли, Ния отчаянно замотала головой. Все мы хотим избавиться от груза преследующей нас вины. Проверив директора, тот пока не пытался прийти в себя, но на мушке я его все равно держал, объяснил:
— Ты провела гадание для Клеопатры, на которой, кстати, тоже немало крови, в ее присутствии и позволила ей узнать результат. Профессиональные предсказатели и пророки никогда не раскрывают будущее клиентам напрямую, рассказывают только то, что сами сочли допустимым. В результате мой договор с бывшей царицей, не имевший ни ограничений по срокам, ни требования доставить мальчика живым, превратился в ультиматум спасти ребенка здесь и сейчас. Я и так не стал ни мстить за попытку подчинить и подставить меня под клятву на Книге, ни шантажировать ребенком, ни продавать ее тайну на сторону. Но теперь, если Цезариона не представить пред светлые очи матери, она превратится в моего злейшего врага. А я не знаю более мстительного существа, чем разгневанная женщина. И более нелогичного.
Дверь тихо щелкнула, открываясь, время вышло, надо закругляться:
— Охраняемая военная база на одиноком острове — было ясно с самого начала: противостояния избежать не удастся. Да, можно и нужно было первоначально попытаться провести ментальный захват, — девушку при этих словах передернуло, — а мне лучше подготовиться к рейду, но времени на все это не было. Не знай Клео об угрозе сыну, я бы мог решать, что для меня важнее: награда или жизни местных. Или мог бы попытаться прийти еще раз, хотя бы за его телом. Но все сложилось так, как сложилось. Вина останется с нами навсегда, но предаваться ей, извлекать из нее уроки, даже искупать ее — придется позднее, нельзя дать ей захватить себя во время боя. Иначе твоя собственная слабость обернется новыми смертями для окружающих — они набросятся на тебя, и придется выкладываться еще больше.
Серьезно посмотрев Нии в глаза, я встал и спросил:
— Я верю в тебя. Ты мне поможешь?
— Да!
Директор застонал у стенки. Вовремя. Или нет. Допрашивать, читай пытать, его на глазах у напарницы будет верхом глупости. Придется его усыпить.
Я уже поднял парализатор, когда меня схватили за руку:
— Не надо, я его контролирую.
Вот …!!! Просто слов нет! Ее даже подбодрить нельзя, чтобы она потом на подъеме не сотворила очередную глупость. Под моим гневным взглядом девушка сжалась и скомкано объяснила:
— Но ведь от внешнего управления телом защита не сработала, и текущие мысли я слышу свободно, а если не лезть в память…
Я просто раздосадовано махнул рукой.
Первый подземный этаж встретил нас тишиной, пылью и грудами книг, лежащими повсюду. Сотни, тысячи изданий: свежие, блистающие переплетом и белизной страниц, старые, пожелтевшие от времени и потрепанные, глянцевые обложки журналов и длинные тома каких-нибудь сочинений — они были везде, иногда стоя в книжных шкафах, а иногда просто валясь целыми горами на полу, скомканные, словно мусор.
Я недоуменно огляделся по сторонам, пытаясь понять, что это за странная библиотека такая. Нагнувшись, поднял одну из книг с пола и, раскрыв, не увидел ничего, кроме пустых страниц, даже на обложке не было ни слова. Как странно… Я поднял еще пару книг, а одну взял с ближайшей полки. Они были также девственно пусты. Библиотека из пустых книг, но зачем тогда для нее такая охрана?
— Ния, ты же можешь контролировать, говорит ли нам правду твой пленник? — спросил я.
— Да, конечно, — кивнула та.
— Спроси его про это место, зачем нужна была та защитная печать на двери и попробуй выяснить, наконец, где принц. Вдруг расскажет, — и кинул многообещающий взгляд на помятого мужчину, вернувшись после этого к изучению обстановки. Пусть сама допрашивает своего пленника, я рисковать ее отношением и настроением не собираюсь.
— Хорошо, — кивнула напарница.
