В иных местах подобные поползновения правящего класса сдерживала церковь Света, но здесь официально почитали духов предков, данная религия не имела жрецов, следящих за моралью, да и вообще с оной моралью дела обстояли не ахти. Разве старшие родичи, ушедшие за кромку не отнесутся с пониманием к проступкам потомков? По мне так ответ очевиден, тем более что предки местных рабовладельцев в общем-то поступали точно так же, как их детишки, будучи живыми. И заставляло мою шерсть на загривке вставать дыбом. Что, млять, может быть отвратительней религии потомственных рабовладельцев? Может быть только вера потомственных же садистов и извращенцев?
При этом справедливости ради надо отметить, что религия святош тоже вызывала моё внутреннее отторжение. Уж слишком они правильные! Аж оскомину от них чувствуешь, когда просто рядом стоишь. Нет, конечно нет ничего плохого в том, чтобы быть хорошим человеком, наоборот. Однако в присутствии «паломников» мне приходилось себя сдерживать, чтобы над ними не стебаться самым лютым образом, что до кучи ещё и получалось не всегда. Как будто что-то внутри прям провоцировало меня заставить паладина грызть собственный щит, а жрицу надуваться от возмущения, как лягушку. Пожалуй моих подколок более менее избегал только монах. Ну относительно, по нему я тоже за вечер пару раз прошёлся.
Но к Суртуры их! В конце концов вокруг наконец-то достаточно места, разминка окончена, а я могу спросить у ученика:
— Готов?
— Предки дают мне силы! — преувеличенно пафосно воскликнул он, чиркнув двумя парными клинками друг о друга. Да, он научился кое у кого плохому, а не только хорошему, что ж поделать.
Рассусоливать я не слал и решил пойти в атаку, пробив чужую оборону клинком и топором. Но Альвбранд ловко начал парировать мои удары, отходя и смещаясь в бок. Парень продолжал прогрессировать семимильными шагами, ещё весной одержать над ним верх было относительно легко, но сейчас ситуация несколько изменилась. Он много и усердно тренировался, несколько раз сходил в рейды по оазису тепла, добыв себе парочку трофеев и почувствовав вкус риска, что одновременно мотивировало его стать ещё усерднее, но при том сделало куда более лихим рубакой. Всё таки полуэльф давно уже не собирался умирать, распробовав своё нынешнее существование. И сейчас уже вполне был готов за него побороться и с опытным хирдманом, чувствуя настоящий кураж.
Вот и сейчас поотбивавшись, он явно накопил достаточно Ци и исчез, но одновременно с ним пропал и я, появившись в трёх шагах. Удар ученика, который должен был прийтись по моей спине, пронзил пустоту, однако я тоже не успел его достать, делая длинный выпад. После этого самому пришлось пропадать из под удара, смещаясь на добрых пять метров, а затем резко отпрыгивать в сторону. Этот мелкий засранец освоил третий прыжок! Только что место моего нового появления почуял не совсем верно, а потому не смог достать. Я же почти тут же выпалил:
— Хуз.
Ученик не был здоровенным и тяжелобронированным паладином, потому воздушный удар, в некоторой степени скопированный у трёхрогих динозавров, сбил его с ног и даже немного протащил по земле, а я подскочил вслед за ним и успел обозначить добивание. После которого помог полуэльфу подняться и проговорил:
— Даёшь жару! Когда успел?
— Просто почувствовал, что смогу — пожал он плечами — Но не помогло.
— Немного не хватило, скоро не я тебя гонять буду, а наоборот — раздался в ответ мой смех — А ну ка давай ещё разок.
— Твои слова да богам бы в уши — отозвался ученик, принимая стойку.
— Может и докричусь однажды, а им придётся слушать — с оптимизмом ответил я.
Новые достижения подопечного меня неустанно радовали, коль скоро в них была некоторая толика моих заслуг, как наставника. Собственно наверно так же я сам дарил хорошее настроение Гринольву. Мне удалось довольно далеко пойти, надеюсь Альвбранд пойдёт ещё дальше, всё таки у него есть все задатки. Так что дальнейший спарринг для меня был полон позитива, даром что разок парень меня подловил, изучив привычки постоянного противника и достал в длинном выпаде бедро, заставил почувствовать вкус поражения. Поединок с паладином всё таки был гораздо хуже.
У меня, не смотря на все мои усилия по самоконтролю, началось некоторое головокружение от успехов. А то как же, целого ярла завалил! Да и вообще сколько всего сделал, сколько могу магией и клинком сотворить! Однако тяжёлый шестопёр и свист воздуха над башкой весьма отрезвляюще действуют на мозги. Не сдержал бы меднолобый руку, мог бы меня положить в нокаут, шлем бы наверно выдержал, спасая череп, но инерция бессердечная падла. Я бы как минимум ненадолго потерялся, но чтобы заколбасить оппонента эдакой колотушкой пол часа не требуется. А потому «доктор жизнь» явно прописывал мне дополнительные тренировки, если я не планировал пока что отправляться на тот свет. А я не планировал!
