Повернувшись к девочкам, Константин Эдуардович посмотрел на них печальными глазами, вернулся к кафедре и поставил в журнале против Лизиной фамилии пятерку. И впервые Лиза осталась недовольна отличной отметкой.
Весь вечер она думала о словах Константина Эдуардовича о том, что от зубрежки не будет знаний, а потом решила проверить это сама. Взяла прошлогодний учебник по истории и приказала себе:
— А ну-ка, расскажи про князя Рюрика!
Но ничего не услышала в ответ, так как все забыла.
— Тогда про князя Олега!
Но, кроме стихотворения Пушкина «Песня о вещем Олеге», ничто не пришло в голову.
Лиза испугалась и задала себе еще вопрос — про царя Ивана Васильевича, по прозванию Грозный, за которого в прошлом году получила пятерку. Но и про этого царя она ничего не могла рассказать и вспомнила только, что он был очень жестокий.
Константин Эдуардович оказался прав. Лизе стало страшно. А она-то надеялась, что из нее получится образованная женщина. Мечта Лизы была стать учительницей. Теперь эта мечта казалась несбыточной.
Как же быть? Как ей учиться? Лиза растерялась, но так ни у кого и не спросила совета. Подруги и сами ничего не знают, а задавать вопросы взрослым все девочки стеснялись. Константин Эдуардович показался Лизе добрым, но у него она не решилась ничего спросить и по-прежнему зубрила все наизусть. Все, кроме физики. Зубрить физику после слов Константина Эдуардовича она не могла и теперь не знала, что же она будет отвечать, если ее вызовут. В ожидании этой страшной минуты она готова была спрятаться под парту, и, лишь когда кончался опрос и учитель переходил к объяснению нового, Лиза приходила в себя и начинала слушать, полуоткрыв рот.
Казалось, учитель снимал с окружающего невидимый покров, и мир с каждым уроком становился яснее и понятнее. В нем все меньше оставалось места для страшного и таинственного, что вошло в их головы из разных сказок и рассказов нянь и бабушек.
Все это было похоже на один случай из детства. До шести лет Лиза боялась часов и не понимала, как это они показывают время. Откуда стрелки знают, что сейчас восемь, а не десять, и кто их передвигает. Очевидно, там внутри сидит какое-то маленькое существо, карлик или эльф, он-то и двигает стрелки. Опасаясь этого существа, Лиза боялась прикасаться к часам и не оставалась одна в столовой, где на стене висели большие круглые ходики.
Но вот однажды Лизин папа открыл ножичком заднюю стенку своих карманных часов, которые он заводил ключиком, и показал детям колесики и пружину, объяснил, для чего он заводит часы и как действует механизм. Лиза поняла далеко не все, но зато убедилась, что никакого карлика внутри нет, а часы заводят люди, и хорошенькие зубчатые колесики передвигают стрелки.
С тех пор девочка перестала бояться часов, брала их в руки, подносила к уху, слушала, как они тикают и с удовольствием думала, что знает их тайну.
Так и теперь, после уроков Константина Эдуардовича, Лиза и все остальные девочки чувствовали себя счастливыми оттого, что узнали еще одну тайну.
Они знали теперь, под действием какой силы падает на землю яблоко и почему на Луне оно будет легче, отчего замерзает вода, как делаются снежинки, и многое, многое другое. А самое главное — они начали сознавать, что миром правят законы природы, и если эти законы знать, то на свете все можно понять и объяснить.
И постепенно Лизе стало ясно, что вовсе не нужно зубрить в учебнике заданные страницы. Просто нужно хорошо слушать то, что рассказывает учитель. Ведь то, что хорошо поймешь, никогда потом не забудешь.
И вместе с тем в голове Лизы возник один очень трудный вопрос: Константин Эдуардович говорит им про законы природы, а как же бог? Им всегда твердили — и дома и здесь, — что главнее бога ничего на свете нет. Это бог управляет вселенной, и без его воли даже волос не упадет с головы человека. Но Константин Эдуардович почему-то никогда не говорит про бога, как будто его совсем нет. Почему так?
Не одна Лиза задавала себе такой вопрос. По вечерам в спальне общежития девочки потихоньку разговаривали о том, что их волнует, и часто в этих беседах возникал вопрос: есть ли бог?
Они чувствовали, что это трудный вопрос и задавать его не полагается, потому что нельзя сомневаться в существовании бога — это большой грех, но и не зная ответа, не будучи уверенными в какой-либо главной и окончательной правде, они не находили покоя и чувствовали себя несчастными…
