— Но, к счастью, с нами есть Фэй, — ответила датомирка. — С ее способностью просматривать чужие мысли и воспоминания. Она легко докажет, правду я говорю или нет — вытянув твои! Если ты, конечно, не хочешь сама во всем сознаться. Нам нужно знать, кто тот ситх, у которого ты обучалась.
— И всего-то? — усмехнулась Вержер. — Давай, Фэй, посмотри мои воспоминания, я не буду сопротивляться. Не знаю, кто вам наговорил этой чуши, но убедись, что все это ложь от первого до последнего слова.
— Так ты согласна на проверку? — уточнила Фэй.
— Конечно, мне нечего скрывать. Начинай.
— Прости, — извинилась Фэй, подходя к фош. — Расслабься, Вержер, смотри мне в глаза, открой свой разум, позволь мне увидеть твое прошлое…
Световой меч Вержер внезапно возник у нее в лапе и мелькнул так быстро, что показался размытой полосой. И он несомненно разрубил бы «эльфийку» пополам, если бы Мол, словно невзначай вставший неподалеку, не оказался еще быстрее — его уон-шен сверкнул на пути меча и остановил его в паре сантиметров от кожи Фэй.
В тот же миг Вержер сделала сальто в воздухе, одновременно ударом Силы выбивая оконную раму, и выпрыгнула в окно. Джедайские одежды Фэй взметнулись, когда она вылетела следом… Остальные, не тратя время на обсуждение, кинулись в двери и выбитое окно, чтобы тоже броситься в погоню.
Фош огромными прыжками мчалась к посадочной площадке. Однако «эльфийка», казалось, просто летела за ней, почти не касаясь земли ногами! Расстояние между ними неуклонно сокращалось, пока мы все были еще далеко, спеша за ними.
Внезапно Вержер развернулась и в прыжке обрушила свой меч на голову Фэй. Но… та просто остановила клинок, поставив на его пути ладонь! Конечно, остановила она его не голой рукой, а Силой — как я понял в следующее мгновение, между клинком и ладонью Фэй осталось расстояние в несколько миллиметров. Фош снова замахнулась мечом, но ее противница вытянула вперед обе руки — и Вержер неподвижно зависла в воздухе. Судя по ее судорожным движениям, она пыталась вырваться, но сжимающая ее Силовая хватка была слишком крепкой. Так что, когда мы подоспели, бой был уже закончен.
— Почему, Вержер? Почему ты пала на темную сторону? — грустно спросила Фэй.
— Нет никакой темной стороны! — крикнула та в ответ. Из ее глаз медленно покатились слезы. — Вам с вашим закосневшим Советом не понять этого! Я хотела спасти эту галактику — создать новых ситхов, не таких, как… он. Но теперь… вы не дали мне… провести более мягкий… вариант… так узрите… настоящего ситха-безумца…
Глядя на текущие по лицевым перьям фош слезы и услышав, как вдруг стал прерываться ее голос, я внезапно все понял.
— Слезы Вержер — она способна превращать их во что угодно! Фэй, останови ее, она себя убивает!
Джедайка взглядом смахнула несколько капель слез в сторону, но фош только хрипло рассмеялась, смотря на нас уже слепыми глазами:
— Слишком позд… но. Это был… сильнодействующий… яд. Он придет… Скоро… вы… увидите его.
— Кто он?! Вержер?! — опустив тело птицы на землю, Фэй наклонилась над ней, видимо, пытаясь прочесть воспоминания.
— Не дам… Не… узна… ете, — Вержер закрыла глаза. И ее жизни не стало в Силе.
— Она мертва, — печально произнесла Фэй. — Я не успела ничего увидеть.
«Все же провела нас, сволочная птица! — с досадой подумал я. — И эта ниточка к Палпатину оборвалась.»
Нам, конечно, пришлось объясняться с Судией из-за смерти потенциальной покупательницы. Он попросту не поверил нам, что Вержер была ситхом — поскольку ситхов не было уже тысячу лет, а Потенциум, опять же, отвергал саму идею темной стороны Силы. И то сказать, доказательств-то у нас не было, налицо было лишь преследование нами Вержер и ее последующее самоубийство, со стороны тоже выглядящее довольно подозрительно. Судие очень не понравилось, что джедаи принесли свои «идеологические споры» и на Зонаму, и он настоятельно «попросил» нас покинуть ее, как только угроза со стороны дальних чужаков будет устранена, и передать другим джедаям, что отныне они на Зонаме гости нежеланные. Ферроанцы стали посматривать на нас с мрачной опаской и почти не общались, хотя выгнать нас прямо сейчас не могли — обещанное нападение пришельцев пугало их все же больше, чем джедаи.
А два дня спустя над южным полушарием разразилась гроза. Точнее, множество гроз. Там повсюду возникли островки чужеродной биосферы, которые стремительно разрастались, вытесняя местную флору и фауну. Борасы притягивали молнии из грозовых туч и обрушивали на «врага», поджигая чужой лес, но условия для распространения пожаров на Зонаме были неудобные, а чуждая растительность цепкой, упорной и ужасающе плодущей. Местные деревья тоже не сдавались, сражаясь до последнего, пока не рушились на землю, объятые пламенем.
