«Ничего, когда-нибудь встретит подходящего парня и оттает», — решила она и больше не возвращалась к этой теме. В общем и целом они прекрасно ладили друг с другом, несмотря на разные взгляды и суждения.
На этот раз идея пройтись по магазинам принадлежала Стеф. Николь была не прочь купить что-нибудь новое из одежды, тем более что приближалось её восемнадцатилетие.
«Нет, это просто невыносимо, — вздохнула Николь. — Ну почему нельзя было подумать “день рождения”? Это всё мамино влияние».
«Восемнадцатилетие, восемнадцатилетие»… Та постоянно акцентировала на этом внимание дочери. Да ещё этот разговор, который состоялся месяц тому назад.
В то утро она внезапно проснулась, почувствовав, что сейчас раздастся звонок, и она услышит голос мамы. Так было всегда. Николь почему-то чувствовала это заранее.
За окном уже сияло солнце, новый день вступил в свои права. Николь сладко потянулась и принялась считать: «Один, два, три, четыре…».
«Интересно, сколько времени придётся ждать сегодня? Последний раз было шестнадцать, — подумала она. — Ну, теперь не узнаю, потому что уже потеряла счёт. В следующий раз нужно засечь время».
И тут перед глазами появилась картинка: «8:16». Повернув голову, она немигающим взглядом уставилась на циферблат часов, стоящих на прикроватном столике. «8:13», «8:14», «8:15», «8:16». От раздавшегося звонка телефона она вздрогнула и, нажав кнопку приёма, быстро произнесла:
— Привет, мам. Что, не спится?
— Ты меня опередила, я первая хотела спросить, — с шутливым упрёком произнесла мама. — Ты опять знала?
— Знала, — ответила Николь и подумала: «Но в этот раз всё произошло как-то по- другому».
— Ты уже встала? Как дела? Что нового?
— Мам, ну что у меня может быть нового? Мы же вчера с тобой разговаривали. Всё так же: учёба, спорт, танцы, музыка и немного прикладной биологии. Только папе не говори. Его может не устроить слово «немного».
— Это точно. Не переживай, не скажу.
Перечисляя маме свои занятия, Николь далеко не исчерпала их список. Ей всё было интересно, и самое главное, что всё у неё получалось. Это приносило ей радость и удовлетворение от полученных результатов. Поэтому, поступив в университет, она не стала менять старые привычки и продолжала совмещать занятия с увлечениями.
График обучения в университете был плотный, и ей приходилось очень чётко контролировать своё время, чтобы всё успевать. Требования здесь были выше, чем в школе, и поставленную планку приходилось удерживать. Да и оценочный рейтинг никто не отменял.
Так что в промежутки между основными занятиями приходилось вклинивать и многое другое: тренировки в секции синхронного плавания, занятия живописью, музыкой и хореографией. А ещё был научный кружок и исследовательская деятельность на биологическом факультете.
В то же время Николь не хотелось выглядеть среди своих однокурсников заучкой, и поэтому вместе со всеми она ходила на дискотеки и вечеринки, ездила на пикники и многое другое. И в таком ритме она жила уже второй семестр.
— И как у тебя это получается? — удивлялась Стеф.
У неё было только одно увлечение, которое поглощало её полностью: палеонтология во всех её проявлениях. Для неё не составляло труда сидеть в библиотеке и запоем читать научные труды, свежие монографии и публицистику.
Она владела техникой скорочтения и знала несколько языков. Это помогало ей ориентироваться в событиях, происходящих в разных государствах, а потом составлять собственное мнение и отстаивать его в сообществе юных палеонтологов. Разностороннюю увлечённость Николь она не одобряла, считая, что та распыляется по пустякам.
Но выяснить, что же для неё главное, Николь к своим приближающимся восемнадцати годам так и не смогла и решила оставить пока всё, как есть.
Голос в трубке вернул её к реальности.
— Ники, — мама всегда её так называла, — ты ещё не решила, как будешь отмечать своё восемнадцатилетие?
— Мама, до моего дня рождения ещё целых два месяца. Конечно, я ещё не думала. А что, у тебя есть предложения?
— Мы с папой подумали: может тебе отпраздновать его дома, в кругу семьи?
Николь уже приготовилась возразить, но мама её опередила:
— Нет-нет. Праздник с друзьями в университете ни в коем случае не отменяется. Но его ведь можно перенести на другой день, попозже.
Николь ничего не ответила, но задумалась. С детства она только и слышала: «Вот когда тебе исполнится восемнадцать лет…», «скоро тебе исполнится восемнадцать лет». И что все так носятся с её восемнадцатилетием? Что в нём такого? Миллионы подростков проходят этот период — и ничего. А здесь прямо событие века: восемнадцатилетие. Скорей бы оно уже наступило.
— Ну что ты молчишь? Или ты против?
— Я думаю, — произнесла она, решив не обижать маму отказом.
Николь не была в восторге от её предложения. Она уже начала отвыкать от дома и ей больше хотелось проводить время с друзьями в университете. Неожиданно появилось подозрение, что та что-то задумала и семейный круг будет не таким узким.
