Раны и увечья, которые никогда не должны было зажить, пропали через несколько мгновений.
Лишь благодаря этому зелью я ещё мог жить.
— Думаю, на сегодня пока хватит. Ну что, до завтра, мой любимый заключённый? — Она провела ладонью по моей щеке и отправив воздушный поцелуй, покинула комнату.
Лишь когда она ушла, я смог наконец расслабиться.
То, что она тут со мной творит не поддаётся здравой логике и я уже начал замечать, что у меня немного едет крыша.
Пережить пытки было гораздо легче, чем эти "эксперименты", которые держали меня в полумертвом состоянии. Она ведь на полном серьёзе решила узнать, на сколько далеко можно зайти, если отрезать мои органы по одному. И она не остановится, пока я не умру окончательно.
Самое ужасное в том, что сбежать я не могу. Совсем. Кандалы, которые удерживают меня, сделаны из какой-то очень прочной стали, которую я не в силах сломать, а даже если это сделать, то снаружи меня ждёт трехсотуровневая стража.
Я действительно обречён умереть в этой тюрьме, но что странно — жизнь Эшли меня волнует больше.
Эту бедную девочку, скорее всего, сейчас так же пытают и потихоньку высасывают опыт. Я ещё как-то держусь, а вот она уже могла и помереть…или нет.
Не знаю что произошло, но я больше не могу видеть её статус. Вряд ли её увели далеко, да и расстояние в любом случае не должно влиять на работу привязки. А это значит, что с ней что-то сделали. И это "что-то" меня пугает.
Я реально должен хоть как-то сбежать, но у меня для этого нет ни единой возможности. Эту ебанутую суку нельзя обмануть или провести — она в принципе игнорирует меня как человека, её интересует лишь моё уникальное тело.
Я ещё раз попытался сломать кандалы, но всё что мне удалось — это вывихнуть лодыжку.
"Черт, я ещё и слабею с каждым днем."
Аппарат, который стоит позади меня, выкачал уже примерно треть от моего статуса. Мои характеристики опустились ниже десятого уровня, а уровень просел до сотого.
— Похоже, мне реально пизда. — Я опустил голову и хмыкнул.
В прошлый раз перед смертью я жалел о том, что всю жизнь прожил в говне и в нем же и умру, а сейчас…я сожалею, что не смогу больше увидеть Эшли. Как она становится взрослой…
Все мои мысли были забиты об этой девочке и от этого было ещё больнее осознавать, что она так никогда и не исполнит свои мечты.
"Она ведь всего лишь хотела стать моей женой…уж это я мог сделать, но нет…"
— Прости меня, Эшли. — В моем горле встал ком, а по щекам покатились слезы.
Она не заслуживает такой смерти. Кто угодно, но не она. Эшли в жизни никому ничего плохого не сделала, чтобы умереть вот так…
И в этом целиком и полностью моя вина.
Если бы мы ушли дальше, вглубь земель зверолюдов, или пошли бы на север, или хоть куда, только блядь подальше от этих ебаных людей.
Как же я ненавижу человечество. Всех этих ебаных работорговцев и инквизиторов, которые только и делают, что убивают и мучают других. Права была Эшли, нужно было хотя бы убить Джона.
Получается, что я умру, так ничего и недобившись. Хотя нет, мне удалось кое что сделать — дать Эшли хотя бы год тихой и мирной жизни. Может это и мало, но как минимум, ей удалось получить хоть немного счастья, прежде чем умереть…
Я уже смирился. Мои руки и голова безвольно повисли. У меня нет ни сил, ни желания сопротивляться своей участи. Навык непоколебимости, который столько раз меня спасал, сейчас является главным виновником того, что я ещё жив.
"Вот бы умереть безболезненно…" — Это единственное, чего я хочу, но к сожалению, мучиться мне придётся ещё долго.
Через несколько часов женщина вернулась, принеся новые инструменты. Она выглядела как девочка, которая собралась играть с куклой.
— Хмм…какой же выбрать? — Пробормотала она, разложив их на столе. — Давай начнём с этого. — Она взяла какие-то инструменты и подошла ко мне сзади.
Я почувствовал, как ледяное лезвие скальпеля разрезает мою спину, а затем почувствовал лёгкий стук.
Все моё тело стало словно ватным я посмотрел вниз и увидел, что все мои конечности окончательно расслабились.
Я попытался пошевелить ими, но это было бесполезно — словно сигналы мозга не доходили до них.
Мгновение спустя я понял, что у меня не получается и дышать — воздух, находившийся в лёгких начал выходить и я начал задыхаться.
— Интересно-интересно… — Она ходила вокруг меня и что-то записывала.
В моих глазах потемнело и я перестал что-либо видеть. Все мои мысли спутались и поплыли. Ясность ума вернулась лишь тогда, когда я увидел белый свет.
"Наконец-то…" — Я устремился в объятия смерти, но свет, который становился ярче с каждой секундой вдруг погас.
Поморгав глазами, я увидел всё ту же женщину, которая закрыла магический фонарь и поставила его на стол.
— Теперь давай попробуем это. — То, что я только что был на пороге смерти её ни капли не беспокоило. Ей не терпелось провести новый эксперимент над моим телом.
В этот раз она достала шприц, наполненный какой-то фиолетовой жидкостью. Не трудно догадаться, что это какой-то яд.
Женщина понесла шприц к моей шее и, прицелившись получше, вогнала его прямо в сонную артерию.
