– Не сомневаюсь. Тем более в октябре мы с тобой увидимся. Нам будет, что обсудить.
– С чего ты взял?
– Сердце нашептало. Шутка! Я же сказал. Что бы ты обо мне не думал, я всегда знаю чуточку больше. Бывай, спортсмен.
В одних трусах, я стоял посреди пустого вестибюля с прижатой к груди трубкой. Короткие гудки доносились в унисон бьющемуся сердцу. От разговора с Марселем меня постоянно трясло. Особенно сейчас, когда проявленная осведомленность и предсказание загадочной встречи, таили скрытую угрозу. Как же он любит плести интриги.
Ведь действительно, пару дней назад я снова оказался в кабинете президента, где поставил подпись под новым контрактом.
Все как всегда. Роскошный кабинет. Фикусы, кактусы. Улыбчивая секретарша. Иконостас. Висящие на стене головы зверей и казачья сабля. И, конечно же компьютер, за которым сидит президент и неистово бомбит по клавиатуре. Полностью погруженный в игру, он ни на кого не обращает внимания. Чего не скажешь о Пегасе. Младший брат вальяжно расхаживает из стороны в сторону. Всем видом, а самое главное, поступками, он окончательно расставляет акценты. Главный в команде теперь он. Отец Тихон сидит в кресле. Покрытые лицевой растительностью уста, хранят обет молчания.
Я сижу рядом на мягком диване. Устремленный взгляд, в припрыжку бежит по строчкам толстенного договора, составленного каким-нибудь ушлым юристом, любящим прописывать каждый пук и вздох. В глазах рябит от юридической нудоты. В отличии от прошлого, составленного на коленке Козлова контракта, в этом трактате более двадцати страниц. С умным видом я перелистываю их, испытывая тяжесть терпения начальства. Хочется сдаться, взять ручку и махнуть не глядя, завершив юридическую проволочку. Но жизнь приучила меня сначала читать, а потом уже подписывать бумажку. Мало ли с каким дьяволом заключаешь сделку.
Галопом я скакал от пункта к пункту, пока глаза не выкатились на разделе «заработная плата». Я чуть не подавился слюной. На плотном глянцевом листе черным по белому жирным шрифтом написано: «10 000 $ в месяц». Это в десять раз больше прежнего оклада, при этом договор сохранил все бонусы за победу. Вот это уровень!
– Ты еще долго? – Поторопил меня Пегас. Он держал слово, вызывая мое уважение. Может и обещание на счет машин на случай выхода в четвертьфинал кубка тоже не пустой звук? Тем более, что один матч мы уже выиграли. Осталось выиграть еще лишь раз.
Пришлось постараться, чтобы оторвать очарованный взгляд от зарплатной строки и поскакать дальше. Витиеватый договор соткан из бесчисленного множества правил, нюансов и запретов. Будто его текст диктовал сам дьявол, покупающий людские души. Но жирная цифра зарплаты и тяжесть моего положения делали меня сговорчивым.
Срок контракта очень мал:всего до конца текущего года, с правом продления еще на один сезон. Строгие правила четко регламентировали многие аспекты нашей жизни, исполнять которые требовалось на протяжении действия контракта. Теперь уже вполне официально запрещали пить, курить, посещать ночные клубы, участвовать в азартных играх, делать ставки, играть договорные матчи. Более того, под запрет попадало участие в любых спортивных мероприятиях без письменного разрешения начальства, нельзя заниматься экстремальными видами спорта и что особенно интересно – применять физическую грубость по отношению к игрокам и тренерам команды Пегас (привет Руфус). Запрещали даже покидать территорию спортивной базы без специального разрешения. Помимо запретов устанавливались и обязанности. Отныне договор предписывал осуществлять дежурство по стирке вещей, еженедельно исповедоваться (проводить сеанс психологической адаптации), беспрекословно выполнять любые официальные поручения начальства и тренерского штаба и так далее.
За нарушение любого из пунктов предусмотрены суровые штрафы и «специальное наказание».
– Что за наказание? – Спросил я.
– Суровое и справедливое. – Кратко ответил младший Сафонов.
– А кто будет наказывать?
Пегас ехидно посмотрел на Тихона и сказал: «Бог». Ответ был исчерпывающим. Я не решился ерничать или уточнять. Пальцы плотно сжали ручку и синими чернилами вывели четкую каракулю на последней странице. Дело сделано. Пегас не скрывал улыбки и в подтверждение слов передал мне толстую пачку купюр. Деньги согревали руку, но даже на ощупь, там не было и половины обещанной суммы.
– Аванс? – растерянно спросил я.
– Нет. Оплата за сентябрь. – Однозначно ответил он.
– Но тут всего три тысячи.
– А тебе мало?
Риторический вопрос разумно остался без ответа. Мне сразу вспомнилось щекастое лицо моего друга Валеры, который вечно говорил: «Дают – бери, бьют – беги». Вот я и взял. Спешно вышел из кабинета и закрыл дверь, дабы не испытывать судьбу на вторую часть его крылатой фразы. Подписанный договор остался в кабинете директора. Второго экземпляра мне не дали, в руках я держал лишь стопку купюр. Да и тем был доволен. Можно подумать у меня был выбор. Ох уж эти игры в наперстки.
