По набитому людьми трамваю, большая часть из которых, как и Игмар с Саилой, были прямо с кораблей, пронёсся возмущённый ропот. Но спорить никто не решился. Поначалу. Но стоило дверям открыться, как двое молодых людей буквально выпрыгнули из трамвая, и попытались прорваться сквозь оцепление полиции, но безуспешно. Обоих скрутили, повалили и заковали в наручники, уложив прямо на грязный асфальт. Когда старший лейтенант вместе с женой выходил из трамвая держа документы наготове, он услышал, как какая-то старушка злобно прошипела, глядя на арестованных молодых людей:
- Трусы! Мои внуки сражаются на фронте за нашу Родину, а вы тут в тылу отсиживаетесь! Позор!
- Иди ты со своими внуками на…
Договорить одному из арестованных молодых людей не дал полицейский сапог, вонзившийся ему точно под рёбра. После этого у обоих арестантов пропало желание как-либо возмущаться и они лежали тихо. Когда полиция наконец закончила проверку документов у всех находящихся в трамвае, позади них уже скопился небольшой затор. Но сотрудников органов правопорядка это ничуть не беспокоило. Едва людям дали добро вернуться в трамвай, как народ буквально ломанулся внутрь, спеша занять пустые сиденья. Наконец, Игмар увидел за окном знакомые места. Рабочий пригород столицы, несколько десятков серых пятиэтажных зданий, выстроенных по четыре штуки в ряд. Типичное жильё для не самых богатых граждан Империи. На их фоне собственный дом на Хоглите казался настоящим дворцом. Здесь и прошло детство Игмара. Дом, милый дом.
- Ну вот, мы почти пришли. Осталось чуть-чуть.
Подхватив чемоданы, старший лейтенант повел жену вглубь района. Несмотря на то, что был ещё не поздний вечер, народу вокруг почти не было, и это сразу бросалось в глаза. Точнее, почти не было видно мужчин. Раньше в каждом дворе вечером можно было увидеть работяг, резавшихся в карты, домино или просто травивших байки за кружкой пива. Сейчас на глаза из представителей сильного пола попадались разве что старики, да детвора. А вот женщин хватало. Кто-то вешал бельё, кто шёл нагруженный сумками из магазина. Все они провожали Игмара и особенно Саилу внимательными взглядами. Мда, завтра весь район будет знать, что он вернулся из колоний с молодой девушкой, да ещё и беременной. А уж когда узнают, что они ещё и официально женаты…
Стараясь не смотреть на удивлённо замолкших старушек у подъезда, Игмар не спеша, чтобы не торопить Саилу, поднялся на третий этаж, где жили его родители. Опустив поклажу, он несколько секунд постоял, набираясь храбрости, после чего решительно нажал на дверной звонок. Дверь открылась почти сразу.
========== Знакомство с родителями. ==========
Несколько секунд Игмар и его мама молча смотрели друг на друга. За прошедшее время она на первый взгляд почти не изменилась. Разве что прибавилось морщин у глаз, а в длинных русых волосах, собранных в хвост на затылке, стало больше седины. Пока Игмар смущённо пытался улыбнуться, его мама, открыв рот от удивления и широко распахнув глаза, не могла вымолвить ни слова. А потом женщину прорвало. Издав невнятный звук, она бросилась вперёд и обвив руками шею старшего лейтенанта повисла на нём, беззвучно рыдая. Наконец, почти через минуту, она смогла членораздельно произнести:
- Живой… Слава богу, живой! Я так боялась…
- Мам, конечно живой, я же писал тебе…
Но женщина не стала слушать, снова тихо зарыдав. Но, на этот раз она быстро сумела взять себя в руки. Бросив быстрый взгляд на Саилу, она тихо вздохнула и указал рукой на дверь:
- Проходите, что мы стоим-то на пороге. Раздевайтесь, я сейчас накрою на стол…
Эмоциональное приветствие сменилось обычной домашней суетой, неизбежной, когда возвращаешься домой после долго отсутствия. Пока Игмар показывал Саиле небольшую двухкомнатную квартиру своих родителей, его мама спешно накрывала на стол. Разместившись с женой в своей бывшей комнате, одновременно являвшейся гостиной, Игмар направился на небольшую кухню. Там уже на столе дымились две тарелки с отварной картошкой и две банки консервированной селёдки. Старший лейтенант уселся рядом с молодой женой, мама устроилась напротив них.
- Ну что же, может представишь меня невестке?
- Мама, это Саила, моя жена. Саила, это моя мама, Грета.
- Здравствуйте, - тихо пискнула девчушка, стараясь вжаться в старшего лейтенанта ещё сильнее.
Пристально оглядев её, Грета вздохнула:
- Ох, молодость…
При этом Игмар невольно уловил толком несформировавшийся мыслеобраз своей матери. Общий его смысл был такой: «Ох, глупый мальчишка, повёлся на милое личико и фигуру. Не мог найти дома нормальную девчонку». Видимо, Грета что-то ощутила, и резко метнула на старшего лейтенанта недовольный взгляд:
- Игмар! Что я говорила об использовании магии дома?
- Прости, случайно, это на автомате происходит! М-м-м, всё очень вкусно мама, большое спасибо, - попытался сменить тему старший лейтенант.
- Да брось, обычная картошка. К сожалению, это всё, что мы можем сейчас себе позволить…
Игмар замер с ложкой у рта.
