И Вы продолжаете арию о кухаркиных детях и идиотах у власти, об ответственности за это марксизма и лично Ленина: «Сколько тупости полезло в кресла директоров после революции с благословения Ленина и Маркса!..» Увы, тупость в высоких креслах, в том числе и редакторских, всегда встречалась и встречается, но если после революции это было уж столь массовым явлением, если даже, по Вашим словам, и осенью 1941 года «на руководящих постах в системе управления СССР сидела революционная ленивая тупость», то, во-первых, объяснил бы, прозорливец, как же при таком засилье руководящей тупости стране удалось всего через пятнадцать лет после окончания Гражданской войны выйти по экономическому развитию на второе место в мире и на первое в Европе. Во-вторых, привел бы, мудрец, хоть один примерчик, когда советская власть или сам Ленин лично благословляли бы тупость на руководящих постах. Увы, таких примеров у Вас нет.
Но зато, видимо, в состоянии некоторого беспамятства, нередкого у Вас, Вы с избытком даете примеров совершенно иного, прямо противоположного смысла, которые напрочь опровергают Вашу собственного изготовления рениксу. Таковы телеграммы Ленина в 1919 году, в одной из которых он грозит арестом, судом и даже расстрелом Симбирскому губпродкомиссару за «нераспорядительность» и «неуспешность» в организации помощи голодающим, в другой «за формальное и бюрократическое отношение к делу», за неумение помочь голодающим требует от ЧК города Курска «немедленно арестовать Когана, члена Курского центрозакупа», и предупреждает, что за такое нерадение «репрессия будет суровая, вплоть до расстрела» (т. 50, с. 238). Если такие угрозы и распоряжения Вы называете благословением тупости, то, надо полагать, расстрел назовете наградой.
И вот что еще крайне характерно для Вашего метода фальсификаций: «Обратите внимание, за что Ленин стал (!) расстреливать — „ЗА НЕУМЕНИЕ“!.. Ленин впал в управленческий маразм. Ведь и дураку понятно, что „неумение“ лечат не расстрелами, а обучением. Тупость государственных идей Маркса была подтверждена большевиками блестяще!» Нет, дорогой шеф, здесь подтверждены не тупость идей Маркса, не маразм Ленина и большевиков, а некоторые аналогичные свойства совсем другого персонажа нашего повествования.
Во-первых, Ленин не «стал расстреливать», а только грозил и судом и расстрелом. Замечу здесь, что ни у Солженицына, ни у Волкогонова, ни у Радзинского, ни у других гиппопотамов антикоммунизма я не нашел ни одного факта, когда по телеграмме, по приказанию Ленина кого-то расстреляли бы. Подобно тому, как, оказавшись на фронте вскоре после сталинского приказа № 227, по которому создавались заградотряды, я не только не видел, но и не слышал, а потом и не читал ни об одном случае, когда эти отряды действовали бы.
Во-вторых, у Ленина перечисляется целый набор безобразий, за которые он грозит репрессиями: бюрократизм, формализм, нераспорядительность, неуспешность и, наконец, в последнюю очередь, неумение, которое, конечно же, могло появиться у него только в обстановке спешки, напряженности, драматизма тех дней Гражданской войны. Достаточно сказать, что лишь в том самом январе, когда были посланы те две телеграммы, Ленин отправил всего 39 телеграмм. А сколько было еще писем, распоряжений, докладов, речей!.. Полистайте хронику его жизни хотя бы за тот же январь 1919 года.
«2 января. Руководит заседанием Совнаркома… Руководит заседанием Совета Обороны…
3 января. Подписывает телеграмму в Реввоенсовет республики…
8 января. Рассматривает донесение Сталина и Дзержинского о положении на фронте под Пермью…
12—21 января. Пишет „Письмо к рабочим Европы и Америки“.
17 января. Выступает в Большом театре на Объединенном заседании ВЦИК, Моссовета и Съезда профсоюзов…
18 января. Выступает на заседании Московской конференции РКП(б)… Выступает на Всероссийском съезде учителей…
19 января. Выступает с балкона Моссовета…
20 января. Выступает с речью в Колонном Зале на съезде профсозов…
24 января. Выступает на совещании по внешкольному образованию… Дает директиву Реввоенсовету…
26 января. Пишет обращение „Все на работу по продовольствию и транспорту“…
27 января. Руководит заседанием Совета Обороны…»
И это только то, что потом, спустя немало лет, удалось документально зафиксировать. У Вас, Юрий Игнатьевич, был в жизни хоть один такой месяцок? Или один денек, когда Вы руководили бы заседаниями Совнаркома и Совета Обороны, а потом еще и речь толкнули в Большом театре? Между прочим, тогда после покушения Каплан прошло всего четыре месяца.
Ведь и дураку понятно, говоря Вашими словами, что в обстановке января 1919 года, при такой перегруженности работой, при решении столь важного вопроса, как спасение голодающих, у главы правительства могло вырваться невзвешенное гневное словцо по адресу тех, кто не справлялся с решением этого вопроса. Да, всем дуракам понятно, а одному — нет.
А что Вы еще проделываете с этим злосчастным словцом «неумение». Вытаскиваете с самого конца набора и ставите в центр обвинения как единственное. Везде, всегда это называлось жульничеством…
