А ведь я писал в том номере газеты, что грамотные марксисты никогда не говорят, что бытие конкретного человека железно определяет его сознание. Это было бы вульгаризацией и примитивщиной. Они всегда ведут речь об общественном бытии и общественном сознании, подчеркивают, что взаимоотношения между ними не прямолинейны, а сложны, подвижны, что это бытие воздействует на сознание людей через множество промежуточных звеньев — через государственный строй, правовые и политические отношения и т. д. Общественное сознание имеет относительную самостоятельность и в определенных обстоятельствах оно само воздействует на общественное бытие. Я приводил слова Ленина: «Личные исключения из групповых и классовых типов, конечно, есть и всегда будут». Сам Ленин — живой тому пример. Да взять хотя бы и Вас лично. Уж такой патриот и живете среди патриотов, а вот, поди ж ты, Гитлер для Вас гений и «титан XX века», а Жуков — «абсолютный творческий ноль», у которого на даче висит портрет голой бабы, что предельно ясно характеризует его полководческие данные.
У Вас и Маркс и Ленин — жалкие недотепы: «Особенно убого идеи государственного управления Маркса выглядят, если сравнить малоосмысленные метания Ленина с тем, как Гитлер поставил государственный аппарат на службу своему социалистическому (!) государству. Там все чиновники от почтальона до бывшего канцлера Папена стали немедленно служить новому социалистическому (!) государству, удваивая национальный доход каждые 4 года, а у нас Сталину потребовались десятилетия, чтобы подготовить управленцев». Так и хочется сказать словами бессмертного Петьки: «Непостижимый вы для моего ума человек, Василий Иванович!» В самом деле, если смогли в наше время создать газету, значит, Вы человек крутой практической хватки, но рассуждения Ваши, мысли — это полный отрыв от реальности, сплошная абстракция и схоластика.
Вы изображаете дело так, словно Ленин и Гитлер пришли к власти и действовали в совершенно равных условиях, так же в другом месте ставите на одну доску комфронта Жукова и командарма Кулика. Но кто же, кроме пациентов Кащенко, не знает, что Ленин взял власть в результате переворота, революции, за которой последовала Гражданская война, и в ней все рябушинские и путиловы, потерявшие свои заводы и земли, были против Ленина. А Гитлер получил власть тихо, плавно, посредством избирательных бюллетеней, при активнейшей поддержке помянутого Вами канцлера Папена и непосредственно из рук президента Гинденбурга, поручившего ему после победы НСДАП на выборах в ноябре 1932 года формирование правительства. А все круппы и тиссены Германии не только сочувствовали Гитлеру, но и некоторые из них были знакомы с ним лично (Фриц Тиссен, например, еще с 1923 года), и оказывали мощную финансовую помощь нацистской партии (тот же Тиссен отвалил 1 миллион марок!), и даже становились членами партии еще до прихода ее к власти. Можете представить, чтобы, допустим, в 1916 году русские промышленники и помещики пригласили бы Ленина выступить в их элитном клубе с докладом о программе и целях большевистской партии? Смешно подумать! А вот немецкие промышленные воротилы и денежные мешки пригласили Гитлера в свой «Клуб индустрии», находившийся в Дюссельдорфе, и 27 января 1932 года, еще за год до прихода к власти, он произнес там двухчасовую речь. И все это потому, что капиталисты увидели в Гитлере заслон против коммунизма, нараставшего в Германии. Он и не думал отбирать у них заводы, концерны или латифундии. Тиссен еще в 1932 году говорил о Гитлере: «Я твердо убежден, что он единственный человек, который может и хочет спасти Германию от крушения и позора».
Между прочим, в приходе Гитлера к власти нет ничего загадочного, как и в приходе Ельцина. Первый объявил немцам, униженным разгромом в войне и Версальским договором, что они — высшая раса и достойны великой участи, прекрасной жизни, которую он им даст, и это было уж очень лестно и соблазнительно для немцев. Второй со своим обещанием обновить, возродить Россию и заодно ликвидировать партпривилегии выглядел на фоне горбачевско-рыжковского шамкания не менее притягательно. Гораздо загадочнее другое: почему первого не свергли хотя бы в те дни, когда Красная Армия уже вступила в Германию, и почему второго вновь избрали президентом, хотя он не принес родине и народу ничего, кроме крови, нищеты и слез.
