Младший сержант бросился выполнять приказания, а мы двинулись напрямик через пойменный луг. Дождь начал быстро стихать, но высокая трава хлестала по ногам, обдавая нас тучей брызг. Мокрое обмундирование липло к телу, кожу щипало. Воздух был вязким, каким-то плотным. Ракеты и костры от осветительных мин мерцали все тусклее и тусклее. Вначале я не понял, что происходит, но, когда вышли на берег старицы, увидел, что вслед за нами, со стороны Вислы, быстро ползет туман.
- Пулемет сюда, давай пулемет, - донесся до меня приглушенный голос.
- Товарищ капитан! - позвал сержант-связной. - Адъютант старший батальона здесь.
Обошел разлапистый ивовый куст. Группа пулеметчиков переправлялась через старицу. Нагруженные боеприпасами, держа в руках станковые пулеметы, бойцы продирались через камыши и затем по пояс в воде двигались к тому берегу. Капитан Пресняков напутствовал командира взвода:
- Барсюк, от Чугунова не отрывайся. Держи с ним локтевую связь. Буду переправляться следом. Дождусь только связного от комбата.
- Чего его ждать, Игорь Тарасович, я здесь.
Пресняков, шагнув ко мне, хотел было что-то сказать, но не успел. Послышался нарастающий визг, затем глухой удар, и визг словно захлебнулся в болотной жиже. Буквально в трех шагах от нас разорвался снаряд.
Осколки уже давно разлетелись, а мы как плюхнулись в грязь, так и лежали, не в силах оторваться от земли. Когда наконец вскочили, то пришлось счищать с себя жидкую грязь вперемешку с тиной. Но болотный запах успел "вцепиться" в мокрые гимнастерку и брюки.
- Фу, черт! - отплевывался рядом Пресняков. - Аж в рот дрянь попала.
- Наверно, шальной?
- Похоже, вроде бы фриц нас пока не засек.
После небольшой паузы Игорь Тарасович продолжил:
- Чуть было не сыграли в ящик. Кто-то из нас везучий.
- Возможно, - облегченно вздохнул я и перевел разговор ни другое: Так ты говоришь, Чугунов через старицу переправился?
- Только что. Пулеметчики переправляются.
- Это неплохо. Аушев с ротой Ковалева вот-вот будут здесь.
Последними форсируют минометчики. Их бы сразу дальше, но посмотрим, как сложатся дела.
Разговор прервал стук крупнокалиберного пулемета с левого фланга. Торопливо заахала, как будто кто тяжелым молотом вбивал гвозди, сдвоенная немецкая пушка.
- Никак, со стороны Доротки?
- Да, оттуда, Александр Терентьевич, - ответил адъютант старший.
- Этого еще не хватало! Кто же фрицев мог там потревожить?
- Полковые разведчики, - высказал догадку Пресняков. - Они туда загнули. Кому же еще там быть.
Пушка и пулемет все били и били, рассеивая по фронту и в глубину веер пуль и снарядов. Набирала силу ружейно-пулеметная стрельба и со стороны Лесных Халуп. Но пока она была бесприцельной: фашисты палили, скорее всего, для очистки совести.
Противник, естественно, уже знал, что мы высадились: об этом, несомненно, донесли оставшиеся в живых солдаты из боевого охранения. Но то, что мы так продвинулись, гитлеровцы вряд ли предполагали. Прибыло донесение от лейтенанта Елагина: находится в первой траншее.
Молодец замполит! Открывает путь к дальнейшим действиям. Ведь от занятой им траншеи не так уж далеко до обрыва.
- Людей к нему, Игорь Тарасович.
- К кому "к нему"? - переспросил Пресняков.
- К обрыву.
- Александр Терентьевич, разреши и мне туда. На месте осмотрюсь, людей подтяну.
- Это и хотел тебе предложить.
Пресняков обернулся к связистам с телефонными катушками кабеля за плечами:
- За мной!
Пресняков с группой управления и охраны штаба батальона скрылся в камышах. Позади метрах в пятидесяти послышалось чавканье болота под ногами людей, приглушенный голос команды. Шла новая группа.
Туман поднимался все выше и выше. Сырой и скользкий, неприятно холодил тело во влажной одежде. Но кажется, я никогда так не радовался плотной белесой пелене, как сейчас. Это "молоко" поможет нам скрытно преодолеть обрыв, который тревожил меня больше всего.
В ожидании подхода 5-й роты и взвода противотанковых ружей, за которыми были посланы автоматчики, стоял я на берегу старицы. Фашисты продолжали стегать вслепую по острову пулеметными очередями, пускать ракеты. "Только бы ребята раньше времени не обнаружили себя, - подумал я о Елагине и Малыгине. Затем мысли перекинулись к Ковалеву и Аушеву: - Что они там возятся? Неужели побыстрее нельзя?" От этих мыслей на какое-то время меня отвлек приближающийся шелест мин. Через несколько секунд где-то за мной, ближе к реке, громыхнули взрывы. В это время словно из-под земли вырос командир 5-й роты.
- Ты, Ковалев?
- Так точно, товарищ капитан, я вместе с ротой.
- А Аушев?
- Аушев со мной.
- Давайте его сюда.
- Лейтенанта Аушева к командиру батальона! - послышались приглушенные голоса. "Аушева... батальона", - донеслось до меня.
- Капитана Бухарина не видел?
- Видел, - произнес Ковалев. - Хотел сюда с нами, но выгрузилась полковая рота противотанковых ружей, задержался с ней.
- А артиллеристы?
- Возятся пока на том берегу Вислы. Пробовали переправляться, противник накрыл огнем. Две пушки на дно пошли. Вот минометчики наши удачливее. Все переправились.
