•
Вновь переведем это на обычный язык: господство США в космосе ушло в прошлое, а в будущем защита космических средств потребует реструктуризации Вооруженных сил страны.
С момента достижения высшей точки лунной программы «Аполлон» возник непрекращающийся разрыв между риторикой и реализацией, между амбициозными полномочиями и неадекватным их использованием – много рекламного шума и не очень много дела. Более десятилетия космическая политика США определялась воинственным тоном доклада «комиссии Рамсфелда», в котором кристаллизовался взгляд на космическое пространство как на потенциальное поле битвы. Несмотря на то что слова «мир» или «мирный» встречаются в докладе примерно двадцать раз, его кредо таково:
•
•
Доклад, за которым спустя несколько недель последовало назначение Рамсфелда министром обороны в правительстве президента Джорджа У. Буша, прозвучал за границей США тревожным звонком – пожалуй, так же как совсем недавно прозвучали комментарии к президентской кампании, едкие твиты и угрозы неограниченной ядерной эскалации, сделанные президентом Дональдом Трампом[532]. Директор «Программы контроля за вооружениями» в университете Циньхуа в Пекине, например, заметил в 2003 году: «В последние годы мы увидели несколько явных шагов, сделанных Соединенными Штатами в подготовке к космическим войнам», – в том числе директивы вооруженным силам участвовать в планировании, испытаниях и разработке оборудования для быстрых, непрерывных, наступательных и оборонительных космических операций и инициативы корпоративной разработки оружия для наступательных операций в космосе. Его заключение: те, кто в США принимает решения, предпочитают подготовку к космической войне мирным подходам и, возможно, думают, что США способны уверенно выиграть войну в космосе.