- Назад для нас хода нет! Пусть мы потеряем еще столько же танков, но зато наши подвижные соединения завтра вырвутся на оперативный простор.
Командующие обоими фронтами тут же отдали необходимые приказания.
Через полтора - два часа оборона противника была прорвана и наши войска приступили к расширению и углублению прорыва,
Весь день Ставка меня не вызывала,- наверное, там догадывались, что у нас и без того жарко. Уточнив необходимые сведения о положении наших войск и противника, я собрался вызвать Ставку, но телефонистка доложила, что на проводе Москва.
- Чем можете нас порадовать? - спросили меня.- Что собираетесь делать завтра?
Я доложил, что оборона противника прорвана и войска приступили к развитию успеха. Сразу же был повторен вопрос:
- А что собираетесь делать завтра?
- Принято решение продолжать бой ночью, а завтра с утра надеемся ввести в дело подвижные соединения.
- Сколько потеряно танков во время прорыва?
- До наступления темноты двадцать, вечером еще десять.
После этого разговор протекал спокойно. Меня поздравили с успехом, попросили передать командующим фронтами и армиями пожелание новых побед.
Я не придал никакого значения вопросу о потерях танков. Только на следующий день мне стала известна его подоплека.
Оказывается, на командном пункте находился полковник из штаба бронетанковых войск. Он послал срочное донесение своему начальнику в Москву, в котором в мрачных красках расписал потерю танков и высказал свои предположения о неизбежном провале начатой операции.
Утром 17 декабря поступили благоприятные донесения о развитии успеха. Наши стрелковые корпуса с танками сопровождения при хорошем взаимодействии с артиллерией продвигались вперед и захватили много пленных и трофеи. Но танковые корпуса все еще продолжали следовать за наступающей пехотой.
К сожалению, я не имел прямой связи с их командирами. Пришлось принимать меры через штаб фронта. Подействовало. На следующее утро я уже докладывал в Ставку о крупных успехах, достигнутых танковыми соединениями.
Вечером 18 декабря 1942 года по радио объявили об успехах нашего наступления и на среднем Дону. В сообщении Совинформбюро говорилось:
"Прорвав оборону противника на участке Новая Калитва - Монастырщина протяжением 95 километров и в районе Боковская протяжением 20 километров, наши войска за четыре дня напряженных боев, преодолевая сопротивление противника, продвинулись вперед от 50 до 90 километров. Нашими войсками занято более 200 населенных пунктов, в том числе города Новая Калитва, Кантемировка, Богучар и районные центры Талы, Радненское, Боковская.
В ходе наступления наших войск разгромлены девять пехотных дивизий и одна пехотная бригада противника. Нанесены большие потери четырем пехотным дивизиям и одной танковой дивизии противника. Захвачено за четыре дня боев более 10000 пленных".
В эти дни 8-я итальянская армия прекратила свое существование.
А всего только за два - три дня до этого Муссолини, выступая в Риме на собрании руководящих фашистских деятелей Италии, хвастливо заявил: "8-я итальянская армия, находясь на берегу Дона, высоко несет славные фашистские знамена и готова броситься в любой момент вперед для окончательного разгрома ненавистных красных войск".
Теперь хвастовство сменилось паникой. Один из командиров дивизий доносил командующему 8-й итальянской армией:
"Остатки дивизии отходят в беспорядке, потеряна вся артиллерия и другая боевая техника. С фронта, справа и слева - русские. Прошу Ваших указаний".
Я с большим интересом прочитал эту радиограмму и приказал усилить наблюдение за эфиром. Через какой-то промежуток времени радисты перехватили ответ командующего армией: "Мужайтесь".
Наши войска продолжали захватывать пленных и многочисленные трофеи вооружение, боеприпасы, машины, обмундирование, продовольствие. На 200 километров по фронту была прорвана оборона противника, на десятки километров вглубь продвинулись наши наступающие войска.
Итак, 6-я армия Воронежского фронта, 1-я и 3-я гвардейские армии Юго-Западного фронта во взаимодействии с многочисленными соединениями и частями других родов войск, в частности со 2-й и 17-й воздушными армиями, успешно выполнили операцию, получившую условное название "Сатурн". Эта операция оказала большое влияние на развитие событий в междуречье Волги и Дона. Но иногда приходится сталкиваться с попытками принизить ее значение. Например, в книге А. И. Еременко "Сталинград" об операции "Сатурн" говорится маловразумительной скороговоркой: "Перед тем как перейти к основному для нашего фронта событию декабря - контрудару против Манштейна и разгрому его группировки, кратко проследим за действиями войск нашего соседа, Юго-Западного фронта, также начавшего 16 декабря наступление. Своевременное решение Ставки о наступлении Юго-Западного фронта и левого крыла Воронежского фронта не дало противнику возможности дополнительно усилить Котельническую группировку, чем была оказана большая помощь сталинградцам".
