В период артиллерийской подготовки производится не менее трех-четырех огневых налетов на передний край, при этом делается несколько ложных переносов огня в глубину обороны противника. В промежутках ведется методический огонь по конкретным целям. Далее дивизионная артиллерия сопровождает наступление пехоты и танков огневым валом, прочесывая своим огнем промежутки между его рубежами. Переносы огня с рубежа на рубеж производятся по сигналам специально назначенных командиров, следующих с передовыми группами пехоты и танков. Огонь переносится лишь после полного захвата полосы, лежащей позади разрывов снарядов нашей артиллерии.
Рубежи огневого вала должны накладываться там, где обнаруживалось наибольшее скопление огневых точек противника.
Для лучшего обеспечения взаимодействия командиры артдивизионов находятся на наблюдательных пунктах вместе с командирами стрелковых батальонов, командиры батарей - с командирами рот, а передовые наблюдатели - командиры взводов управления батарей двигаются вместе с атакующими подразделениями пехоты, некоторые из них следуют в танках.
Так как продвижение вперед будет медленное, нет надобности сразу двигать много батарей дивизионной артиллерии за пехотой, но несколько из них следует заранее переместить в район исходного положения для атаки, хорошо окопать и замаскировать. Эти батареи участия в артподготовке не принимают. Они поддерживают батальоны при прорыве переднего края.
На случай контратак противника часть батарей и дивизионов должна быть готова к неподвижному заградительному огню на флангах наших атакующих частей.
Подробно указывались задачи корпусной артиллерии. Ей поручалось уничтожать артиллерию противника (ни одна вражеская батарея не должна стрелять по нашим позициям!), парализовать штабы, командные пункты и тылы, надежно обеспечивать наши фланги и стыки, поражать огневые средства противника, фланкирующие наш боевой порядок.
Артиллерия разрушения (орудия большой мощности) нацеливалась на уничтожение дотов.
В тактике пехоты главное внимание обращалось на сочетание огня и движения. Наступать рекомендовалось не густыми группами, а развернуто, на широком фронте. Не толпиться около танков, так как противник по ним обычно сосредоточивает огонь. Если танки застряли, не останавливаться ни на минуту.
Передовые группы пехоты должны быть составлены из лучших лыжников, которых необходимо было обеспечить пьексами (в валенки их обувать нельзя: отвязывать и завязывать ремни лыжных креплений в бою - значит замедлить движение, понести излишние потери).
Блокировочные группы следуют вслед за передовыми отрядами. Их обязанность - блокировать обойденные нашими подразделениями доты и следить, чтобы с флангов не проникали диверсионные группы противника. При вводе в бой вторых эшелонов рекомендовалось избегать перемешивания частей и подразделений, ни в коем случае не терять управления.
Действия танков также приобретали несколько специфический характер. Часть их выделялась в блокировочные группы, им предстояло преодолевать препятствия перед дотами. Танки назначались и для закрепления успеха: они будут создавать на захваченном участке своеобразный броневой укрепленный район, держа под обстрелом местность перед фронтом, на флангах и даже частично в тылу. Крупные танковые части намечалось ввести только после полного прорыва линии Маннергейма и выхода войск на оперативный простор.
Наша армия в то время лишь приобретала навыки боевых действий в современной войне. Эти навыки были выстраданы, добыты немалой кровью. Опыт, полученный нашими кадрами в боях с белофиннами, весьма пригодился в годы Великой Отечественной войны, особенно в битвах под Москвой, Сталинградом и на Курской дуге.
В первые дни февраля были проведены частные операции, чтобы командиры, штабы и отдельные части приобрели практический опыт прорыва укрепленной полосы противника, разрушения и захвата отдельных долговременных сооружений. Кроме того, эти операции имели целью на некоторых участках улучшить исходные позиции для предстоящего наступления.
Одна такая частная операция предпринималась в 7-й армии, чтобы захватить несколько долговременных сооружений противника в главной полосе обороны. После короткой артиллерийской подготовки части пошли в наступление, но успеха не имели. Израсходовали 20 тысяч снарядов разных калибров. Всю вину свалили на начальника артиллерии 7-й армии М. А. Парсегова и начальника артиллерии корпуса М. П. Дмитриева - оба получили по выговору. Это было в высшей степени несправедливо, потому что виноваты были, прежде всего, общевойсковые командиры. Вскоре этот приказ был отменен.
На опыте местных боев мы убедились, что необходимо усилить наши войска артиллерией, авиацией, танками, инженерными частями и другими специальными службами. Встал вопрос о правильном использовании минометов - сравнительно нового оружия в то время. Это сильное средство непосредственной поддержки пехоты внедрялось еще плохо.
