Алина открыла мессенджер.
Там были входящие сообщения. От него почти два часа назад. Короткое, три строчки:
«Документы подготовите потом. Начинается дождь. Оставайтесь в офисе».
Она застыла, перечитывая еще раз. Получалось, он отправил ей это сообщение сразу, как только выехал на ту встречу? Ей вдруг стало так плохо, слезы потекли, она зажала рот ладонью.
— Тихо! — резко проговорил мужчина.
Обхватил ее вместе с полотенцем и усадил на кровать в комнате отдыха. Отошел на пару шагов и вернулся, держа в руке стакан воды и таблетку.
— Выпейте, а то простудитесь.
У нее уже не было сил сопротивляться, пила мелкими глотками воду, а зубы стучали о стекло. Откат.
— Успокоились? — спросил он и протянул ей носовой платок.
Алина кивнула. А мужчина отошел, достал из шкафа чистую рубашку и костюм. Только сейчас Алина поняла, что он весь вымок, пока удерживал ее под душем.
— Я дал вам на сегодня освобождение, — проговорил Камалов не оборачиваясь. — Вам должны были передать, чтобы вы ехали прямо домой.
Ведь эта девочка в приемной хотела сказать ей что-то, да?
— Алина?
Она всхлипнула, размазывая слезы.
Мужчина застыл, крепкая спина напряглась, потом он вытащил из шкафа еще одну рубашку, перебросил ей со словами:
— Вот, переоденьтесь в сухое. Оставайтесь здесь, никуда не выходите. Еще лучше будет, если вы заберетесь в постель.
Забрал свою одежду и вышел.
***
Он был шокирован.
Еще там, у дверей административного центра, когда увидел ее, Александр был шокирован. Он ведь велел ей возвращаться в офис и спокойно работать. Как она вообще оказалась здесь?! Почему торчала под дождем?!
«Твою мать! — хотелось рявкнуть ему. — Ты что, с ума сошла?!». Но он никогда не кричал на женщин. А эта… У нее просто талант все время выводить его из себя и держать на грани фола.
Сейчас она стояла там, как… Вымокшая насквозь. Идиотка. И столько ненависти в глазах, что его просто прожгло. Чтобы не выругаться матом, он сказал ей про документы.
И да, Александру Камалову приходилось сталкиваться с женскими истериками. Бывшая жена здорово попила ему кровь.
Это была самая настоящая молчаливая женская истерика. Но Алина казалась ему другой, за неделю он увидел в ней и старание, и личностный рост. А главное — не заметил попыток манипулирования, заигрывания или стремления как-то продавить его, пользуясь авторитетом отца.
Все это время она была достаточно собранной и сосредоточенной, значит, с истерикой должна справиться легко. Потому и принял решение отправить ее домой, чтобы отдохнула и привела себя в порядок. А завтра поговорить на свежую голову . Выяснить, наконец, как вышло, что она оказалась под дверями административного центра. Разумная же вроде.
Однако он ошибался.
Истерика только набирала обороты.
И это было еще большим шоком, потому что она не играла. Эмоции хлестали из нее, задевая его. А когда она набросилась на него с кулаками, в этом было столько беззащитной женской обиды, что Александр просто не удержался. Он должен был защитить ее. Сбить этот разрушающий ее порыв любым способом.
Да, он применил силу. Возможно, она обидится на него.
Сейчас это было уже неважно.
Он должен был позаботиться о другом.
***
Камалов переоделся в один из своих деловых костюмов, а после зашел в комнату, хотел убедиться, что с ней все в порядке. Она уже спала, видимо, страшный эмоциональный выплеск выпил ее всю. Александр замер, глядя на спящую.
Во сне она казалась моложе.
Маленькая, хрупкая, смуглая кожа и светлые волосы… На лице застыло упрямое выражение. Он не заметил, сколько стоял так, потом одернул себя и бесшумно покинул комнату.
Сел за рабочий стол и некоторое время хмурился, отстукивая пальцами по столешнице. Наконец поднялся и вышел в приемную.
Девочка, подменявшая секретаря, тут же подскочила с места и уставилась на него.
— Ника, — проговорил он ровно. — Кто записан на сегодня?
Она полезла смотреть.
— У Алины Алишеровны записано несколько посещений…
— Отмени все. Перенеси на завтра. И закажи доставку.
— Хорошо, — пискнула она, покосившись на дверь. — Что-то конкретное, Александр Тагирович? Может быть, итальянская или восточная кухня, морепродукты?
Он холодно обронил:
— Еды. И побольше. Я не обедал. А потом можешь быть свободна, ты не понадобишься сегодня.
— Да, Александр Тагирович, я сейчас...
Девчушка еще что-то бормотала, он не стал дослушивать, вернулся в кабинет.
***
Он отменил все на сегодня.
А сам теперь сидел за столом, подперев подбородок кулаком, и смотрел в пространство. Непривычно. Тихо. Это немного выбивало из колеи.
Никогда еще Александр Камалов не оказывался такой ситуации.
Но сейчас у него в комнате отдыха спала женщина, и он чувствовал за нее ответственность. Не из-за того, что это дочь Алишера Шамаева. Ради Бога! Меньше всего его интересовало, как глава клана посмотрит на ситуацию. Он был достаточно взрослым и самостоятельным, чтобы не зависеть вообще ни от кого. Это место его не держало. Алишер сам вышел на него и предложил перевод и особые условия.
После того как уволился прежний генеральный директор холдинга Вадим Батуров.
