Как Мите хотелось вернуть своего пароконя! Даже если ради этого придется подружиться с Ингваром… Нет, на такие жертвы он все-таки не готов… Если Ингвар очень-очень захочет подружиться с ним, то… Митя, пожалуй, не станет его отваживать. Потому что без автоматона невозможно! Очередная дорожная кочка долбанула под днище, паротелега выпустила фонтан пара, внутри нее что-то задребезжало, и она намертво встала, завязнув носом в кустах.
– М-да, это уже упокоилось – не поднимешь, – нахально фыркнула Даринка.
– Слезай! – буркнул Митя, глуша паровой котел.
Утешало одно: это паротелега Лаппо-Данилевских. Нет, не утешало – прямо-таки радовало! Он спрыгнул с облучка и, не оглядываясь на Даринку, двинулся вслед за мертвецами по проложенной ими просеке. Кусты разошлись, и Митя с высоты обрывистого берега увидел укромную бухточку… совершенно пустую, пока первый из мертвяков, оскальзываясь на глинистой земле, не скатился вниз, к воде. Воздух странно мигнул, поплыл, будто слоясь, и над водой возник высокий серый борт пародраккара со щитами, закрывающими пушечные проемы.
Из-за борта высунулась радостно улыбающаяся бородатая рожа.
– Хе-хей! – приветственно заорал виталиец, завидев сбегающих по береговому склону мертвяков…
И тут же осекся, будто подавившись. Разглядел.
Митя вздохнул, заранее сжимая голову ладонями в ожидании лютой боли, и… подтолкнул «своих» мертвяков вперед. Молча и сосредоточенно те полезли на борт собственного драккара. Из-за борта послышались яростный лязг оружия… дикие крики… и вскоре все стихло.
– Может, тут пока посидишь? – предложил Митя Даринке, но та только покачала головой. – Как хочешь… Не жалуйся потом.
Она и не пожаловалась. Только побледнела страшно, увидев выстроившиеся вдоль бортов молчаливые шеренги мертвых… и красную от крови палубу. Но Митя не обращал на девчонку внимания. Он завороженно смотрел на составленные в штабели металлические чушки. Если это то, что не влезло в трюм…
– Мы нашли вывезенное со складов железо, – счастливо выдохнул он. – Это очень, очень большие деньги!
При слове «деньги» на бледных скулах Даринки вспыхнул легкий румянец:
– И… мы сможем взять их… себе?
Митя снова окинул взглядом штабеля и строго сказал:
– Нет, конечно! Это было бы воровство. – И негромко добавил: – Железо – это тебе не лука пучок, попробуем продать – и попадемся обязательно.
Даринка горестно вздохнула:
– Мы вернем его хозяевам…
«И планы Лаппо-Данилевского полетят в Пекло!»
– За вознаграждение, – закончил он, и совсем поникшая было Даринка немедленно воспрянула.
– Только спрятать бы его, пока договоримся… А то ведь так заберут… – покусывая губу, промычал Митя.
– Я… – Даринка замялась. – Знаю один бабайковский схрон… Большой, вниз по реке… – наконец выдавила она.
– И что там было? – неприятным голосом спросил Митя.
– Чего было, того уже нету! – дерзко фыркнула она. – Ты, паныч, цеха забрал, мне тоже щось з добычи полагалось, бо я ж теж дралась!
– Мало я тебя порол… – возведя глаза к небесам, выдохнул Митя.
– S-s-s-s-sleptu! – жалобно провыл мертвый ярл.
Митя вздохнул. И решился:
– Отпущу. И даже дам вам то, чего давать не собирался: погребение в огне и путь в Вальхаллу. Если доведете корабль, куда укажу, и разгрузите железо, где велю.
Ярл еще некоторое время пялился на него неподвижными мертвыми глазами, а потом, шаркая и переваливаясь, побрел к рубке. Остальные мертвяки принялись расползаться по местам. Где-то в недрах корабля словно глубоко вздохнула ожившая паровая машина.
– А ты, – Митя строго уставился на Даринку, – сможешь снова сделать корабль невидимым? Во дворе у Штольцев тогда, в июне, тебя никто не мог увидеть.
– Могли. Просто не обращали внимания, – рассеянно отозвалась ведьмочка. Она огляделась, что-то прикинула и наконец кивнула. – Да, смогу…
В его руках железо, варяжский драккар и… секрет того, как они умудряются незамеченными оказываться у любых берегов. Она, эта девчонка с жидкой косицей, знает как! И умеет. И, будучи верным подданным государя, он обязан сунуть ее в мешок и отправить в столицу. И, может быть, когда-нибудь так и сделает. Не сейчас. Сейчас она ему самому нужна!
– Накладывай свою невидимость!
– Варенье накладывают! В вазочку! А морок – накидывают, – буркнула Даринка.
– Изрядное различие, изрядное… – покивал Митя и, прежде чем девчонка разразилась очередной речью, деловито предложил: – Пойдем рубку и кубрики обыщем. Наверняка виталийцы и кроме железа немало награбили, а золото или ассигнации мы хозяевам возвращать не обязаны: мы же не знаем, чьи они!
