Маленькие буяны даже не заметили прихода робота и продолжали с криками носиться по музею. Элис тщетно хлопала в ладоши и повышала голос, чтобы привлечь внимание юных посетителей — голограмма не могла остановить их физически, и они совсем распоясались. Вдруг в комнате погас свет, погрузив экспозицию в полную темноту, и вместе с голограммами исчезла несчастная Элис. Во мраке послышались робкие возгласы детей, звавших экскурсовода.
— У нас электричество отключили? — спросила Олиси у Рэйзора, не получила ответа и зажгла фонарик на элекоме. — Эй, ты где?
Луч метался по музею, выхватывая то лица испуганных ребят, то интерактивные стенды. Сам Рэйзор куда-то подевался. Олиси точно знала, что она внутри защищённой штаб-квартиры «Третьей стороны», в комнате всего лишь дети и дружественный робот, и всё равно ей было жутковато. Она разозлилась:
— Ну хватит уже! Что происходит?
Тусклый желтоватый свет озарил гладкие стены комнаты, которые преобразились в выщербленную кирпичную кладку. Стенды обратились в обшарпанные деревянные шкафы с перекошенными створками. Выход из музея пропал — его замаскировала голограмма. Пол возле одной из стен влажно поблёскивал из-за протечки в потолке, и мерная капель гнетуще действовала на нервы. Откуда-то раздался незнакомый мужской голос, перемежаемый помехами в эфире:
— Олиси Муни, приём! Как слышно?
— Да слышно, слышно, — проворчала Олиси.
Она наконец сообразила, что произошло — Рэйзору ведь подчинялась не только военная техника, но и вся аппаратура с предустановленным интерфейсом пятого поколения, и у робота были свои представления о насыщенной культурной программе. А задумал он, ни много ни мало, воссоздание сцены спасения детей из-под завала. Олиси в этом цифровом спектакле отдали роль отважной воспитательницы, обороняющей детей от фусса — и она открыла в себе такие актёрские способности, о которых даже не подозревала.
Что-то бахнуло за противоположной стеной, кирпичи обвалились, и в проломе показалась голова жукообразного фусса. Олиси покричала для вида, подыгрывая Рэйзору, а сама на деле едва сдерживала смех. В трёхмерном кино она видела жучил и пострашнее. Дети тихонько повизгивали, не понимая, где явь, а где иллюзия.
— Олиси, осторожно! Быстрее, сделай что-нибудь, пока фусс не пролез в дыру! — зазвучал голос неизвестного бойца в динамиках под потолком.
Олиси призадумалась, можно ли двигать интерактивные стенды, и тут фусс зашипел, угрожающе шевеля усиками. Вздрогнув, она кинулась к «шкафу» справа от проёма. Тяжёлый, зараза! Она привалилась к нему спиной и пятилась мелкими шажками, пока в конце концов не закрыла пролом.
С трудом переведя дух, Олиси довольно улыбнулась: голографический фусс остался с носом и, похоже, короткое представление подошло к концу. Вдруг шкаф задрожал от таранящих ударов и грохнулся на пол, а фусс наполовину высунулся из освобождённого прохода.
Вот тогда Олиси заорала по-настоящему. Голограммы же не могут ронять предметы! Она рефлекторно подхватила какую-то палку с пола (не иначе как дети всё-таки успели что-то отломать в музее) и замолотила ею по голове фусса, стараясь попасть по фасеточным глазам. Враг застрекотал, отпрянул, а потом жвалами вырвал палку из рук Олиси и переломил её пополам. Олиси побежала к другой стене, надеясь найти спрятанный выход из музея, но строгий боец Сопротивления потребовал, чтоб она защитила детей.
— Да пошли вы все в каверну с вашей культурной программой! — огрызнулась Олиси, уже не понимая, происходит ли всё во сне или наяву.
Фусс не успел добраться до замерших от страха детей — стена окончательно развалилась, и ворвавшийся в музей огромный робот сграбастал жука за брюхо. Снаружи вспыхнули прожекторы, Олиси прикрыла глаза одной рукой, а второй всё же нащупала ручку замаскированной двери. Бежать? Дождаться, пока всё закончится? Пока она колебалась, робот разорвал фусса надвое, дети радостно запищали, и Олиси судорожно выдохнула: всё-таки это была голограмма.
В музее зажглись обычные лампы, и Рэйзор материализовался просто из ниоткуда. Олиси наконец разгадала трюк с реалистичностью голограмм: робот включил режим невидимости и участвовал в спектакле физически по мере надобности. Один из стендов и правда валялся на полу, а палкой оказалась часть макета аванпоста.
— Если б я знала, что ты такое устроишь, я б тебя ещё сильнее отлупила! — в сердцах воскликнула Олиси. — Чуть до инфаркта не довёл, а детей и вовсе заиками сделаешь!
Рэйзор, сволочь такая, только засмеялся в ответ, а мелкие поганцы вместо того, чтобы встать на сторону Олиси, окружили робота, бесцеремонно хватали его за руки и тыкали пальцами в дырки в броне. Он аккуратно отодвинул их от себя и, ничего не говоря, уселся прямо на пол. Заинтригованные дети повторили его движение, и только тогда Рэйзор приступил к рассказу.