Я предельно ёмко и кратко изложил суть происходящего. Уж кто-кто, а сын Лопатина точно доверенное лицо. Иллюзий на нём Виктор не увидел, да и вёл он себя как действительно опытный агент. Если же и он фальшивка — будем разбираться по ситуации.
Об оружии, которым Алиса прикончила солдата, впрочем, я предпочёл умолчать.
— Великолепно, вашу ж мать… — потёр Гриша потный лоб под кепкой. — Судя по вашему описанию, вы грохнули целого графа, он тут от лица Старого Дома за охрану отвечал…
— Бывает. — хмыкнул я. — В первую очередь это теперь его проблемы. А наши проблемы — как нам попасть внутрь строгановской башни.
— А зачем вам туда вообще⁈ Чё вы за кипиш опять поднимаете?
— Ну, как тебе сказать… дело в том, что под этой башней сейчас расположен портал в какой-то другой мир. Открытый. Мощный. И мы совершенно точно об этом знаем.
Гриша помолчал немного. Нервно сглотнул подступивший к горлу ком.
— Так… Давайте что-нибудь думать…
Добрый вечер, уважаемые читатели! Праздники закончились и, увы, прода теперь будет выходить пореже. Распорядок следующий:
Новая глава будет выходить раз в три дня, как обычно, ночью-утром, НО! Начиная со следующей главы станут больше и будут размером в 25–30 тысяч знаков вместо обычных 15–20 тысяч. Может и ещё больше, по мере сил.
Это связано с тем, что мы с соавтором параллельно работаем ещё кое над чем. И, чтоб мысли не разбегались, удобней в один день писать сразу побольше, а не каждый день урывать понемногу.
Спасибо за понимание! И за то, что продолжаете следить за историей Дмитрия Лихачёва:)
Лопатину о портале ничего сообщать не стали. Гриша сказал, что, как только мы придумаем, как попасть внутрь башни, он сразу рванёт в аэропорт, и через пару часов уже будет в Москве у отца.
Меня этот вариант вполне устроил — телефоны, как мы теперь точно знаем, вещь ненадёжная, а активировать портал — или порталы, если верны мои худшие опасения — явно будут вечером. В разгар бала, чтоб устроить сюрприз как можно большему числу одарённых.
— Погодите немного. — присел на скамейку и достал телефон Гриша, когда мы оказались в самом дальнем от башни конце парка. Здесь, на холме, открывается отличный вид на Каму и набережную, так что я стоял и молча любовался, ожидая, что скажет Лопатин.
Красиво. Синее небо, такая же синяя гладь реки, подёрнутая лёгкой рябью. Широкая белокаменная набережная с фонтанами, парками развлечений для детей и множеством киосков, продающих гуляющим мороженое и выпечку.
Скоро на месте всего этого разверзнется настоящий Ад.
— Если они сумеют провернуть неожиданную атаку, или, например, обрушение башни, здесь погибнет вся магическая элита города и окрестностей. — мрачно произнёс Василий. Похоже, княжич думает о том же, о чём и я. — Может, стоит вовсе сорвать бал? Вызвать полицию, армию, перекрыть тут всё и…
— И выглядеть круглыми дураками, когда под башней не найдут никакого портала. — пробубнил себе под нос Гриша, увлечённо копаясь в своём устройстве. Я кивнул.
— Так и есть. Они портал как открыли, так и закроют. По нашей информации, — хитро глянул я на Машу. — Портал большой и мощный. Но даже такой можно очень быстро закрыть. А, пока полцию тут всё будет оцеплять, выпустить в наш мир какой-нибудь скрытной дряни. Новых убийц, или диверсантов отряд. Не вариант.
— Ну извините! Привык как-то мыслить, что в России правит высшая знать и мой род в её числе. Нужно ещё привыкнуть, что мы теперь в собственной стране как партизаны!
— Привыкай. — невесело усмехнулась Алиса. — Мой род поколениями так живёт. Я же как-то привыкла.
— А нечего было переть против вечного порядка! Чего там хотели твои предки? Республику, чтобы маги отошли от управления и отдельную коллегию создали? Править должен тот, кто сильнее! Мы!
— Ну, по твоей логике, если бы восстание удалось, если бы мы вздёрнули царя над воротами Зимнего, править должны были бы мы. Раз оказались сильнее.
Я и остальные молча наблюдали за перепалкой. Ничего удивительного, что перед важным и опасным делом у ребят нервы шалят. Василий так вообще проявляет чудеса сдержанности в последнее время.
Впрочем, последние слова Алисы его на какое-то время смутили. Он немного подумал, посопел недовольно, но затем уверенно заключил:
— Но вы проиграли. Никто вас не поддержал. Как и ваших идейных потомков. А значит, горе побеждённым. Не жалуйся теперь.
