Неожиданно для меня к Синриэль обратился распорядитель. Вот ведь, а я очень быстро привык быть на первых ролях. Даже немного обидно в миг осознать, что ты далеко не первый в этот раз. О, пока отвлекся на укол детской обиды очередь дошла и до меня.
-Приветствую вас Мали-Кили в храме матери всех светлых эльфов, Дарниэль Прекрасной. Я распорядитель данного святого места. Меня зовут настоятель Доклонэль. Я уведомлен Бейна-Вей о ее добровольном желании передать вам свой титул, к которому отойдет Оби и голос в Верховном совете. Но на все воля нашей прародительницы. Примет ли она вас под свое крыло зависит только от нее самой. Прошу вас во внутрь. У нас все готово к ритуалу передачи, дело за прародительницей народа светлых эльфов и вами.
Внутренние помещение меня ошарашило еще больше. Такой реалистичной росписи на стенах и потолке помещения мне еще не доводилось видеть ни здесь, ни в своем далеком прошлом. Я даже немного вжал голову в плечи под взглядами, исходящих на меня от нарисованных героев далекого эльфийского прошлого. Такое чувство что они укоряют меня воспользовавшегося беспомощностью Синриэль. Ага, нашли вымогателя, да пошли вы все вместе взятые лесом. Как будто мне это так нужно, сейчас бы вообще расслаблялся бы у себя в особняке не забивая голову всякой всячиной. Начал я в уме ответное возмущение на эти взирающие на меня со стен взгляды. Но все оборвалось при виде главного изображения этого храма. Расположившись на всю стену на меня, взирала сама Дарниэль Прекрасная. От восторга у меня едва не закружилась голова, но загоревшая на теле огнем татуировка Ллос, тут же вернула меня в реальность.
Н-да к ритуалу приступили с ходу, вот зашли, осмотрелись и на тебе, бегом на ритуал. Все именно так. Из неприятного, пришлось раздеться до нага. И теперь самому уже смотреть на удивленные лица служителей храма. Татуировки на моем худеньком тельце их немало озадачили. Оттого они даже между собой начали тихо переговариваться, делясь своим удивлением. Но да ладно, это все преходяще уходящее мне бы побыстрей расквитаться с процедурой, ноги мерзнут.
Меня распорядитель подвел к каменному столбу, из которого выходили массивные цепи.
-Мали-Кили возьмите их накрепко в свои руки. И помните, что бы не происходило вы не должны выпустить их из рук. Если вам не удастся удержать эти цепи во время ритуала он прервется и провести его повторно не сможет никто под этим небом. Вам все ясно?
Для подтверждения того, что я все понял, спросил меня Доклонэль.
-Да, я все понял.
-Очень хорошо.
Был его ответ уже подводящего к противоположной стороне столба обнаженную Синриэль. Нет, ну до чего хороша чертовка. И это несмотря на плавание в стесненном помещении и мои постоянные капризы.
Пока разглядывал голую светлую, начался обряд передачи, начало которого я, отвлекшись на женские красоты пропустил. Ну не интересно мне все это. Более того, есть подлая мыслишка, исподтишка согревающая мою душонку, что все сорвется и тогда я, сделав самое скорбное лицо, тяжело вздохнув, смогу развести руками. Мол, моя дорогая Синриэль, вы же видели, я старался изо всех сил. Что теперь поделать? Но условия нашего договора не соблюдены и заметьте не по моей вине, так что пока-пока, я до Магебурга отдыхать и заниматься своими мелкими делишками. Я даже на фоне таких мыслей перепроверил насколько мне удается накрепко удерживать всученные мне распорядителем храма цепи. К моему немалому удивлению, метал звеньев натурально прилип к моим ладоням так, что при всем желании разорвать контакт мне не удастся. Вот в момент осознания того, что теперь мне уже не ускользнуть меня и накрыло с головой.
Боль просто прострелила все тело в единый миг. Такое чувство что я попал под напряжение, запутавшись в высоковольтных проводах. Мою тушку выгибало дугой и корежило, заворачивая в самые неприглядные позы. Пена вперемешку со слюнями изо рта, поползла по подбородку, противно капая на грудь. Мои безумные вопли оглашали главный зал храма Дарниэль Прекрасной безостановочно. А я, повиснув на цепях, не выдерживая всего навалившегося на меня провалился в спасительное забытье, растворяясь сознанием в вязком тумане. Последнее что мне удалось запомнить было лицо смеющейся заливистым смехом Дарниэль Прекрасной, смотрящей со стены на мои мучения.
В себя я пришел, лежа на кровати в какой-то небольшой комнате при храме. Ко мне тут же склонилась Роллос, внимательно смотря своим акульим взглядом она спросила.
-Муж мой как вы себя чувствуете?
