Чтобы ускорить движение на волне, опытный моряк Прокопов вел катер рывками, при удобном случае увеличивая ход на короткое время. Но как увидеть в разгулявшихся волнах плавающего человека? Все чаще командир посматривал в воздух, где летал наводящий самолет. И летчик понял, что от него требуется. Он начал летать от катера в сторону своего товарища и обратно, показывая тем самым точное направление.
Вскоре катерники обнаружили летчика. Как же ему помочь? Вплотную подойти нельзя: на такой волне недолго ударить корпусом катера. Решили бросить ему конец. Из этого ничего не получилось. То ветер относил конец, то ослабевший летчик не мог его поймать. Тогда боцман катера, попросив разрешение командира, разделся, обвязался концом и прыгнул в воду. Летчик был спасен.
Между аэродромом и базой торпедных катеров не было телефонной связи. Но летчики по-своему отблагодарили катерников за спасение своего товарища. Над бухтой, где стояли катера, пролетел самолет и сбросил вымпел с запиской следующего содержания: "Дорогие друзья! Большое вам спасибо. Доблестным катерникам, ура!"
С благодарностью вспоминают и летчики Северного флота, как экипажи торпедных катеров не одного из них вызволяли из холодной воды. Как-то после успешного налета на порт Киркенес один из наших бомбардировщиков, подбитый зенитной артиллерией, совершил вынужденную посадку в море у побережья Северной Норвегии. На помощь потерпевшему бедствие экипажу командование направило торпедные катера старших лейтенантов Н. М. Фролова и А. И. Киреева, а также гидросамолет.
Три немецких истребителя пытались атаковать гидросамолет и расстрелять экипаж бомбардировщика, который находился в резиновой шлюпке. Катер Киреева поставил дымовую завесу и под ее прикрытием стал подбирать летчиков. Тем временем катер Фролова вступил в бой с вражескими самолетами. Комендоры Куверов, Борисов и пулеметчики Попов и Каримов открыли огонь по первому, который пикировал на катер Киреева. Ему так и не удалось выйти из пике - он рухнул в воду, объятый пламенем. Второй самолет, получив повреждение, тоже покинул поле боя. Третий счел за благо не связываться с катерами и улетел в базу.
Впрочем, не всегда спасение летчиков обходилось столь благополучно. Как-то раз двум торпедным катерам под командованием капитан-лейтенанта Чернявского было приказано выйти в море и спасти экипаж самолета, упавшего в воду недалеко от нашего побережья. В районе падения самолета катерники никого не обнаружили. Экипаж, по всей вероятности, погиб. На обратном пути вблизи нашего побережья катерники заметили плававшую мину. Чернявский запросил у командира соединения разрешения расстрелять ее. Но не успели катерники разделаться с ней, как с командного пункта поступил приказ немедленно следовать в базу: с ближайшего фашистского аэродрома поднялись в воздух семь самолетов.
Катера дали полный ход, и в это время из-за облаков показались "мессершмитты". Ревя моторами, они поочередно кидались на катера, поливая их пулеметно-пушечным огнем, забрасывая бомбами. Бой был неравным - два против семи.. Катера получили сильные повреждения, но отбили налет, причем один вражеский самолет уничтожили.
Катер лейтенанта Шаповалова отделался несколькими пробоинами в корпусе, которые моряки быстро заделали. Положение катера капитан-лейтенанта Чернявского было значительно хуже. Повреждены почти все магистрали машинного отсека. Осколком перебило выхлопной коллектор правого двигателя. Отсек заполнялся удушливым газом. Все мотористы были ранены и не могли бороться с повреждениями. Моторы вышли из строя. Бензин из пробитой цистерны стал заливать машинное отделение. Катер остался без хода. Вода быстро заполняла его и уже достигла уровня коек. Заметив бедственное положение своих товарищей, лейтенант Шаповалов подошел к катеру Чернявского и высадил на него часть своих людей, которые начали заделывать пробоины, устранять неисправности в машинном отсеке. Одновременно на помощь спешил из базы катер старшего лейтенанта Киреева. Несколько человек с него также перешли на катер Чернявского для оказания помощи в борьбе за живучесть. Особенно тяжело было работать в машинном отсеке, куда протекал бензин из пробитых цистерн. Совместными усилиями личного состава катеров Шаповалова и Киреева катер Чернявского был отбуксирован в базу.
Верные непреложному закону советских воинов "Сам погибай, а товарища выручай", советские катерники, не считаясь ни с чем, всегда шли на выручку своих боевых друзей.
