Анита раскрыла свой рюкзачок и вытащила из него ободок со звездами на пружинках. И кто говорит, что девушки не умеют дружить?
Тина с благодарностью посмотрела на подругу, а мы с Гердой переглянулись: наверное, все это было нужно не только для нас. Еще и для того, чтобы шесть человек приобрели дружбу и любовь.
Родители пообещали отвезти наши инструменты по домам, поэтому мы без зазрения совести отправились в кафе, захватив с собой Бёрге.
– Даже странно сейчас вот так спокойно тут сидеть. – Герда смяла салфетку. – Это лучшая реальность.
– Согласен на любую реальность, где есть вы! – Я потрепал собаку за ухом.
Мы не могли перестать смеяться, разговаривать и обниматься. Реальность может меняться, впереди всегда неизвестность, но вот настоящее – оно тут. И оно прекрасно.
На меня нахлынули чувства, и я чмокнул Бёрге, который сидел между мной и Гердой. А потом не выдержал и чмокнул Герду в щеку.
– Спасибо, – шепнул я.
– За что? – Щеки Герды порозовели.
– За нас!
– Скажи это, – попросила Герда. Мы сидели на скамейке любви, она прижималась плечом к моему плечу.
– Что? – не понял я.
Лунный свет красиво отражался на водной глади озера. Бёрге прятался рядом в густой траве, любуясь игрой светлячков.
– Скажи это. Громко.
И тут до меня дошло.
– Скажи это! – потребовала Герда.
– Ты согласна пересмотреть со мной «Сумерки» в сотый раз?
И мы рассмеялись. Моя рука сжала ее ладонь, сердце застучало быстрее и громче.
– Я согласна пересматривать их с тобой вечно, – призналась она.
– Вечно, – повторил я слова Эдварда. – И ты готова прямо сейчас?
– Да.
Удивительный момент, когда не знаешь, хохотать тебе, целоваться или любоваться отражением лунного света в ее глазах.
– Тогда чего же мы ждем?
Всё время мира было в нашем распоряжении. Разумеется, мы отправились смотреть фильмы.
Но сначала я ее поцеловал. Со всей нежностью, на какую был способен.
Сила любви безгранична – теперь я это знал.
