Целиться, когда на твоё левое плечо давит тело тяжелого механоида, задача отнюдь не самая простая. Но я успеваю навести ствол оружия, раньше чем до первого из «мундиров» доходит, что в него собираются стрелять. Выпускаю пулю в тот момент, когда он начинает поднимать свою руку с револьвером, одновременно с этим останавливая бег. Эмили говорила, что рунические патроны, которыми снаряжен основной револьвер, имеют поражающее магическое воздействие. И сейчас я убеждаюсь в этом своими глазами. До ушей доносится звук хлопка, а тело патрульного буквально переламывается пополам. Попавшая в область живота пуля, стёрла из реальности большой кусок плоти с частью позвоночника.
На момент замечаю шокированное лицо полицейского, затухающие глаза которого устремлены на его же ноги, валяющиеся всего я ярде. И сразу же выпускаю пулю во второго. Вертлявый рицер виляет в сторону — я попадаю в стену дома. Пытается укрыться за крыльцом одного из зданий, но в спешке спотыкается о клумбу и летит лицом вниз на землю. Рыча от напряжения в мышцах, отправляю ему в спину ещё одну пулю. Убедившись, что попал, оглядываюсь по сторонам. Что у нас тут? Один кэб вдалеке, два припаркованных паромобиля. Ничего, что было бы на ходу. До кэбмена мы точно не доковыляем — он скроется в переулке, как только развернёмся в его сторону.
А это кто? Парень в чёрной форме шофера с бледным лицом, вжалася в стену дома напротив. Усмехнувшись, вскидываю руку с револьвером.
— Один из паромобилей твой?
Поняв, что тот продолжает молчать, вжимаясь в камень с такой силой, как будто хочет в нём раствориться, рявкаю снова.
— Если нет — пристрелю! Отвечай!
Срабатывает. Отлепившись от стены, тыкает пальцев в одну из машин.
— Я работаю на этой. Но…она не моя.
Меняя курс движения, кричу.
— Тогда за руль! Заводи эту кусок рицерова дерьма. Попробуешь бежать — прикончу!
Секунды две он стоит на месте, не двигаясь. Собираюсь повторить указания, но парень уже срывается со своего места. С такой скоростью, что сначала кажется — наш вариант на спасение собрался банально удрать. Но нет — вот он запаливает топливо, чиркнув специальной спичкой, которую бросает в отверстие «печи». А потом берётся за внешнюю ручку двигателя, крутя её. У этой морсарины есть какое-то своё название, но я никогда не был силён в паромобилях.
Основной момент в том, что когда мы приближаемся к его транспорту, двигатель уже работает. А сам шофёр испуганно смотрит на нас. Отметив подрагивающие пальцы и дёргающиеся губы, снижая уровень давления.
— Будешь слушаться — останешься жить. Понял? Просто вывези нас из этого района. И быстрее!
Глянув на машину, яростно рычу.
— И открой дверь!
Тот распахивает дверь, после чего я засовываю в пассажирский салон Эмили, направив её головой вперёд. Пытаюсь уложить её на одну из обитых мягкой тканью скамеек, что стоят со всех четырёх сторон прямоугольного пространства, но механоид слишком тяжела. И оказывается распластанной на полу. Забираясь следом, слышу крики где-то справа. Повернув голову, разбираю силуэты пары всадников, направляющихся в нашу сторону. Кэбмен уже убрался с мостовой, так что их отлично видно. Конная полиция. Никто другой не станет нестись на звук стрельбы.
— Трогай! Поехали!
Заскочив в салон, смещаюсь на скамейку около самой перегородки, отделяющей салон от водительской кабины. К счастью здесь нет стекла и я могу спокойно навести на шофёра револьвер. Правда скорость мы набираем слишком медленно — пока эта колымага раскочегарится, всадники нас уже догонят.
Гремит выстрел и шофёр испуганно вскрикивает. Пуля разбившая заднее стекло, попадает в перегородку рядом со мной, но позади сразу гремят ещё два. На этот раз «мундиры» мажут и свинец бьёт в металл корпуса. Рицеровы зародыши!
Расстегнув один из боковых карманов сумки, на ощупь достаю гранату.
— Выжми максимум! Гони, если хочешь жить!
Крича, одновременно приоткрываю боковую дверь и выдернув чеку, разжимаю пальцы, дав гранате покатиться по мостовой. Пригнувшись, укрываюсь от пуль в ожидании взрыва. И надеясь, что мы успеем выйти из зоны поражения.
Когда сзади грохочет взрыв, шофёр натурально подвизгивает, как поросёнок. Я же поднимаю голову, оценивая результат. Похоже всадники успели проскакать дальше самой гранаты, но взрыв в любом случае их зацепил — как сами «мундиры», так и их лошади валяются на брусчатке. В голове проскакивает нелепая для ситуации мысль о том, что коней немного жаль. Поворачиваю голову в сторону кабины шофёра, который направляет паромобиль на боковую улицу.
— Вывози нас из центра! На окраину или куда-то ещё, где у вас не так много полиции.
Паромобиль кренится так, что рука Эмили сползает, касаясь моей ноги.
— И нам нужен маг. Подойдёт любой, у кого есть струна.
Парень молчит и я возвращаюсь на ближайшую к нему скамейку.
— Ты слышал? Нужен маг. Любой гражданский со струной.
Сжимая побелевшими пальцами руль, слегка поворачивает голову ко мне.
— Я не знаю. Из центра бы уйти. Тут «псарей» всегда полно.
