— Отчего ты так улыбаешься? — спросил Декс, прежде чем откусить один из своих картофельных ломтиков. Картофель не был переименован, так как он был «потрясающим и вкусным» и, следовательно, не числился в черном списке Декса, хотя, порой Слоан заставлял его есть большое количество овощей, из-за чего картофель внезапно временно становился самым обычным овощем. Иногда жизнь с Дексом была похожа на головоломку, где все части были одного цвета.
— Ну?
Слоан резко очнулся.
— Ой. Я думал о том, чтобы провести с тобой три недели на песчаных пляжах Кюрасао.
Декс промычал.
— Ты в крошечном мини-бикини в желтый горошек.
Слоан рассмеялся.
— Ни за что.
— Ты прав. В твоем стиле скорее — манкини.
— Манкини — точно не является чьим-то стилем. Абсолютно нет.
— Знаешь, сейчас шьют манкини с маленькими галстуками-бабочками. Я думаю, мы должны заменить наши смокинги на них. Что скажешь? Пойдем к алтарю с голыми задницами.
Слоан рассмеялся с полным ртом картошки.
— Это невозможно. Кроме того, тогда нам придется купить еще бирюзовые и мандариновые для свадебной вечеринки. Эш точно позаботится о том, чтобы мы никогда не добрались до алтаря, — ему в голову вдруг пришла одна мысль, и он громко сглотнул, прежде чем начать безудержно смеяться.
— Что? — спросил Декс.
— Давай, позвони Лу и скажи ему, что мы меняем наши смокинги на манкини.
Декс разразился громким смехом.
— Боже мой, да! — Он поставил свою тарелку на кофейный столик и схватил телефон, чтобы позвонить Лу. Через несколько секунд Лу снял трубку. — Привет, Лу. Да, все замечательно. Слушай, я тут подумал о наших смокингах для церемонии, и мы решили, эм-м-м, может, нам стоит выбрать более… творческий подход.
Слоан прижал кулак ко рту, чтобы сдержать смех. Он буквально видел лицо Лу. Бедный парень.
— Да, мы подумывали о том, чтобы, ну, знаешь, быть не такими как все, и решили, почему бы просто не сделать это? В общем мы решили пойти в манкини.
Слоан ждал.
— Что такое манкини? — Губы Декса дрогнули, и Слоан с уверенностью мог сказать, что он отчаянно пытался не разрыдаться от смеха. — Почему бы тебе не погуглить? Я могу подождать, — Декс подмигнул Слоану, когда в трубке раздался рев ругательств на испанском и английском. Больше они не могли сдерживаться и взорвались от смеха.
— Но, Лу, это все равно было бы классно. У нас были бы маленькие галстуки-бабочки, и… Остановись, прошу тебя, я понял только слово «святые». Лу, ты сейчас богохульствуешь? Подумай о своей бедной абуэлле. - Декс быстро убрал телефон от уха. — О, ему это не понравилось, — усмехнувшись, он протянул телефон Слоану. — Он назвал твое имя.
Слоан покачал головой.
— Ни за что. Он все еще хочет задушить меня из-за инцидента с цветовой гаммой, — Декс помахал ему телефоном, и Слоан со стоном взял его. — Привет, Лу.
- Слоан, — прошипел Лу. — Если твой жених хотя бы намекнет на какие-то нелепые изменения, я буду вынужден сделать немыслимое.
— И что же?
— Я пошлю свою мать прямо к вам домой.
Имея дело с несколькими матерями за свою жизнь, Слоан не был точно уверен, насколько страшной была эта угроза. Декс выгнул бровь, глядя на Слоана, и Слоан пожал плечами.
— Он сказал, что отправит свою мать к нам домой.
Глаза Декса так расширились, что Слоан подумал, что они вот-вот выскочат у него из орбит. Прежде чем Слоан успел сказать еще хоть слово, Декс бросился к телефону и выхватил его из рук Слоана.
— Лу, привет. Давай не будем слишком торопиться. Я просто пошутил. Конечно, я бы не стал этого делать. Я буду вести себя наилучшим образом. По крайней мере, до свадьбы. Я обещаю. Пожалуйста, пожалуйста, не отправляй свою маму к нам домой. Клянусь своим мизинцем. Ставлю крест на моем сердце. Хочешь, чтобы я изложил это в письменном виде? Подписать? Контракт? Так и быть. Что бы это ни было, я на все согласен. Только ничего не говори своей маме!
Слоан принялся доедать свой ужин, забавляясь испуганным взглядом Декса. Неужели Декс боялся маму Лу? Насколько ужасной она должна быть? После обильных обещаний, что он больше не будет вызывать у Лу сердечных приступов, Декс повесил трубку.
— Ладно. Кризис предотвращен.
Слоан рассмеялся и поставил свою тарелку на кофейный столик.
— Ты бы видел свое лицо. Ты правда боишься его маму?
Декс повернулся лицом к Слоану.
— Ты понятия не имеешь об этом «ужасе». Отец Лу — доминиканец и шеф-повар. О боже, за его еду можно умереть. Вот откуда у Лу появилась любовь к изысканным блюдам. Мама Лу — кубинка. Она тоже готовит потрясающую еду, но я клянусь тебе, Слоан, я никогда, никогда не сталкивался с более ужасным противником.
— Противник? Ты говоришь о ней как о каком-то злодее из Бонда.