Она: сбегая от одного оборотня с огромной дырой в душе, по неосторожности угодила в лапы другому, более жестокому, для которого человеческая жизнь, как и чувства, ничто. Но самым неожиданным для меня стала моя беременность. И теперь не остается ничего другого, как надеяться на Захара…Он: я искал ее четыре долгих месяца, вынужденно разлученный со своей беременной парой. Метался по городу, обшаривал каждый двор, каждый угол, каждый сантиметр земли, беспокоясь о ней, дороже которой нет никого на всем белом свете, о своем еще не рожденном потомстве… И нашел…ХЭ будет.Содержит нецензурную брань.
Элина
Наше время
Зябко передернув плечами, с головой укуталась в старый, местами дырявый, плед в поиске долгожданного тепла и попыталась, уснуть хотя бы часа на два. А там и до утра рукой подать. Хотя, что это мне даст, если каждый день похож на предыдущий, наполненный унылыми часами в ожидании долгожданной свободы…?
Только как бы я не куталась, теплее не становилось. Да и, как можно согреться под тонким и старым куском ткани холодными ночами, сдобренными октябрьскими заморозками? Тем более, если лежишь на изношенном тюфяке, брошенном на голый бетонный пол.
Мда, прямо дежавю! Снова холодный сырой подвал, навевающий беспросветную тоску и уныние. Только в том первом надолго не задержалась, зато здесь прописалась помимо воли на длительный срок. Откинула с лица плед и перевела затравленный взгляд на сквозное маленькое оконце под потолком, в котором ярко сиял своей холодной красотой краешек молодого месяца. Даже захотелось сдвинуть его в сторону, чтобы увидеть вереницу звезд. И, если повезет, отыскать созвездие медведицы.
Передернула плечами, пытаясь избавиться от холода, который сковал все тело и закрыла глаза. Смотреть туда, на завораживающую красоту ночного неба, больше не хотелось. Хотя, при других обстоятельствах не упустила такой возможности и с удовольствием насладилась подобным зрелищем. Но на данный момент… горела единственным желанием, заткнуть окно все тем пледом, чтобы перекрыть поток осеннего холодного воздуха. Только это врятли чем поможет. Ведь помещение не отапливается и промерзло настолько, что зуб на зуб от холода не попадает.
Да и данная процедура не выполнима. Даже для человека с нормальным ростом – проблема. Нужно быть, как минимум, Гулливером, чтобы дотянуться до окна. А уж в моем положении и думать, об этом не стоит.
С тяжелым вздохом откинула в сторону плед и, кряхтя и охая, поднялась на ноги, рукой придерживая уже внушительный живот, растущий не по дням, а по часам. Старалась быть, как можно тише, чтобы не разбудить Аньку своим барахтаньем, но подруга все так же сладко сопела. Лишь причмокнула губами и перевернулась на другой бок, натягивая на себя старенький плед. Проследила за ее действиями и ступая на цыпочках, отошла в сторону. Вновь оглядела огромное пустое и темное помещение внимательным взглядом и вытерла рукавом засаленной кофты мокрую от слез щеку.
Сколько мы уже здесь находимся? Так сразу и не ответишь. Конечно, первые дни вели отсчет, то спустя месяц сбились со счета и плюнули на это гиблое дело. Хотя со сто процентной уверенностью могу сказать, несколько месяцев. Ведь было начало июня, когда я решилась на побег, но не прошло и суток, как вместе с подругой попали в новую передрягу. А сейчас, судя по низкой температуре, осень давно вступила в свои права.
Эх, а ведь осень мое любимое время года. Каждый раз радовалась бабьему лету, наслаждаясь яркими красками природы. Только в этот раз – не судьба. Ха, да я уже не помню, когда последний раз была на улице. И столько же не видела нормального освещения. Нам просто оставляли у двери еду, как собакам и меняли ведро для справления нужды.
– Снова не спишь?! – ворчливо буркнула Анька, напоминая старушенцию со стажем и неуклюже села, потирая руками сонные глаза.
– Не могу уснуть. – устало вздохнула и снова принялась нарезать круги по просторному помещению.
Так хоть согреюсь быстрее, да и тело размять не помешает, но… не сделав и двух шагов, застыла статуей. Отчетливо расслышала, как лязгнул засов и сразу вспыхнул яркий свет, больно резанув по глазам. Сразу зажмурилась и отвернулась от источника света.
Пока пыталась проморгаться и унять острую резь в глазах, не заметила мужчину, приближающегося со спины. И лишь секунду спустя в чувство привел весьма ощутимый шлепок по мягкому месту, смутно напомнивший человека или, как его прозвала Анька, “собачку”, с которым не хотела встречаться ни при каких обстоятельствах. Но видимо меня никто не собирался спрашивать?! И да, своих похитителей мы до сих пор не знали в лицо, хоть и просидели в подвале столько времени. Но кажется, настал час нашего знакомства…
Молниеносно, насколько позволял живот, обернулась, желая высказать все, что о нем думаю, а также поблагодарить за столь оказанное гостеприимство. Ведь “номер-люкс” очень пришелся по душе, что зубы сводит от холода, а уж о теплой ванне стоит только мечтать. Но так и не проронила ни слова, напуганная неестественным блеском желтых глаз.
– Привет, красотка. – нагло ухмыльнулся Архип, заставляя помимо воли задрать вверх голову и смотреть ему в глаза, в которых сквозила нескрываемая похоть. Передернула плечами, пытаясь выйти из некоего ступора, охватившее мое тело. Но сразу задохнулась от стойкого запаха алкоголя, мощной удушливой волной затянув меня в свою воронку. – Знаешь, я недоволен таким приемом… – сжав губы в тонкую полоску, заскрипел зубами и шумно выдохнул, вновь дыхнув в лицо новой порцией алкогольного “аромата”.
