Фамильная легенда царствующего дома Ланконии гласит: женщина, которая сумеет различить принцев-близнецов (а ведь их путает даже родная мать), навеки станет единственной любовью одного из братьев.Легенды лгут? Увы, принц Ланконии Грейдон, оказавшись в Америке на свадьбе своего кузена, на собственном опыте познал их правдивость. Сто́ило подружке невесты, остроумной красавице Тоби Уиндэм, его распознать, и на беднягу обрушилась безумная любовь.Однако Грейдон обязан вступить в династический брак, и единственное, что он может себе позволить, – это в компании Тоби провести инкогнито всего семь коротких дней на побережье Нантакета, причем лишь в качестве ее платонического друга.Что же из этого выйдет? Трагедия двух разбитых сердец – или чудо, которое способна сотворить истинная любовь?..
Jude Deveraux
FOR ALL TIME
Перевод с английского
Печатается с разрешения издательства Ballantine Books, an imprint of The Random House Publishing Group, a division of Random House, Inc. и литературного агентства Nova Littera SIA.
© Deveraux, Inc, 2014
Грейдон Монтгомери не мог отвести глаз от этой девушки. Жених – его кузен Джаред – и невеста стояли в алтарной части церкви, между ними – священник, а Грейдон все время смотрел мимо новобрачных на нее. Девушка в голубом платье подружки невесты держала в руке букет, и все ее внимание было поглощено происходящей церемонией.
Она была хорошенькой, но не относилась к тем женщинам, перед которыми люди застывают в изумлении. Со своим овальным личиком, глазами цвета колокольчиков и безупречной кожей она выглядела словно дебютантка с фотографии к газетной статье про светский бал. Она могла носить жемчуга и длинные перчатки и при этом не выглядеть так, словно предпочла бы надеть джинсы.
Чуть раньше, когда четверо помощников распорядителя свадьбы еще ждали снаружи, здесь, в маленькой церкви, царила большая суматоха. Буквально в последнюю минуту случилась какая-то неразбериха и разразился настоящий хаос. В обычных обстоятельствах Грейдон попытался бы выяснить, что произошло, но не сегодня. Сегодня его отвлекла эта девушка. Из церкви доносились сердитые крики и грохот падающей мебели. Две подружки невесты и другой шафер подошли к двери, чтобы посмотреть, в чем дело, но Грейдон остался на месте. Ему даже не было любопытно, что там происходит. Он только и делал, что пялился на спину этой девушки. У нее прелестная фигурка – не то чтобы роскошная, но стройная и подтянутая; длинные светлые волосы волнами ниспадают на спину.
Пока продолжалась вся эта суматоха, Грейдон держался в стороне. Он почти не замечал окружающего: ни большого шатра, натянутого для обеда и танцев; ни лунного света, озарявшего рощу вокруг них; ни даже ярко освещенной церкви, в которой должно было проходить венчание. Казалось, он был способен думать только о том, что ему всего лишь несколько минут назад сказала эта девушка.
Когда Грейдона попросили сопровождать подружку невесты по церковному проходу, он думал, что это будет легкое и приятное поручение: уж к чему, к чему, а к красным ковровым дорожкам и разного рода торжественным церемониям он привык, – но когда официально представляли этой девушке, ее слова потрясли его, и он до сих пор не оправился от этого потрясения.
Когда шум в церкви наконец стих и они приготовились входить внутрь, Грейдон подошел к девушке и подставил согнутую руку, чтобы она на нее оперлась. Она положила руку на сгиб его локтя, он тепло улыбнулся, накрыл ее кисть своей и слегка сжал. Девушка, ни слова не говоря, вдруг вырвала руку, попятилась на два шага и бросила на него враждебный взгляд. Значение этого взгляда не вызывало сомнений: ему запрещается делать авансы. И, похоже, этот запрет распространяется даже на обыкновенное дружелюбие. Грейдон не мог припомнить случая в своей жизни, когда бы лишился дара речи, но сейчас, столкнувшись с гневом этой девушки, он, казалось, позабыл все языки, какие знал, поэтому только стоял и оторопело моргал. Наконец он сумел взять себя в руки и кивнул в знак согласия. Ни прикосновений, ни улыбок – только то, что абсолютно необходимо для выполнения их роли.
Пока они шли вместе по проходу, она держалась от него на расстоянии. Ее рука хоть и лежала на его локте, но сама она оставалась как минимум в двух футах от него. Грейдон шел, высоко подняв голову, и, как мог, старался не показать, что его гордость задета. Никогда еще не бывало, чтобы какая-то женщина считала его… как бы это назвать… отталкивающим. По правде говоря, никогда прежде ни одна женщина не пыталась от него сбежать.
Грейдон не обольщался, поскольку прекрасно понимал, что когда перед ним заискивали или заигрывали с ним, зачастую это было вызвано тем, что он называл про себя «неблагоприятными обстоятельствами моего рождения». Но все равно тот факт, что эта девушка не желала иметь с ним ничего общего, ранил его самолюбие.
Когда они дошли до алтарной части церкви, девушка смогла от него отойти и, казалось, сделала это с облегчением. Она отошла влево, а Грейдон – в другую сторону – и остановились в ожидании, когда в церковном проходе появятся невеста и ее отец.
Пока продолжалась церемония, Грейдон, сам того не желая, то и дело поглядывал мимо жениха и невесты на эту девушку. Как ее зовут? Кажется, Тоби? Но это же не полное имя. Интересно, как ее назвали при рождении?..
