Когда он вернулся в фургон, Лидия приводила в порядок волосы. Уложив их в узел на затылке, она закрепляла его шпильками. При виде этой картины Росс пожалел о том, что несколько минут назад язвительно прошелся насчет ее волос. Интересно, о чем он жалеет больше – о своей несдержанности или о том, что девица приняла его замечание близко к сердцу и поспешила спрятать кудри, которые ему, как ни странно, так нравятся? В эту опасную тему Росс предпочел не углубляться.
Услышав его шаги, Лидия поспешно воткнула оставшиеся шпильки в узел и обернулась.
– Я вот подумал… – начал Росс, переводя взгляд с одного предмета на другой, пока его глаза не остановились на девушке. – Может, все же обсудим это дело?
– Давайте.
«Черт побери! Что за манера отвечать уклончиво! Поди разберись, что у нее на уме…»
– Ну?
– Я тоже кое-что обдумала…
– Да говори же, черт возьми!
– Мне кажется, без меня вы с Ли не справитесь.
– Я тоже так думаю, – с облегчением выдохнул Росс. – Только давай договоримся с самого начала – каждый из нас в любой момент вправе пойти на попятную.
А вот это Лидии совсем не понравилось. Ей хотелось обрести уверенность, а это чувство обеспечит только прочный и постоянный союз. Но если таково условие Росса… Что ж, отчасти это зависит от нее самой. Придется вести себя так, чтобы не дать ему повод для недовольства.
– Согласна. Но у меня тоже есть условие.
А малявка-то с норовом! Он предлагает ей выгодную сделку, а она еще условия ставит…
– Выкладывай.
– Не вздумайте меня бить.
– За кого ты меня принимаешь – за дикаря, животное? Да я ни разу в жизни не поднял руку на женщину! – возмутился Росс.
– Значит, вам не составит труда вести себя так же впредь.
От души выругавшись, Коулмен сдернул с крючка шляпу и направился к выходу.
– Пойду обрадую Ма и Грейсона.
Что и говорить, начало весьма многообещающее.
